Был «Большевик» и нет больше. Об истории военного лагеря, который хорошо знали в Бобруйске

Читатели наверняка больше знают лагеря оздоровительные, пио­нерские, спортивные, а также фашистские концентрационные. Между тем в довоенные годы существовали на постоянной основе военные лагеря, где проходили подготовку красноармейцы, призывники и допризывники. Многие из них имели свои названия. Например, и сегодня известный полигон Дретунь носил наименование «Советская Беларусь». Военный лагерь в урочище Белый Берег у нас на Березине именовался «Большевиком».

Летние квартиры 8-й стрелковой

По сути дела, история «Большевика» начинается с прибытия в начале 1919 года в наш город на Березине частей и подразделений 8-й стрелковой, сформированной из 5-й Московской пехотной дивизии. Первоначально они дислоцировались и в Бобруйске, и в Жлобине, и в Борисове, и в Гомеле, а штаб находился в Могилеве. Только после окончания гражданской войны и ликвидации бандитизма на территории Беларуси личный состав сконцентрировался в основном в нашем городе и приступил к восстановлению полуразрушенных белополяками казарм в Бобруйской крепости – своих зимних квартир. Но молодой Красной Армии требовались соответственно обу­строенные места для подготовки и совершенствования боевой выучки в полевых условиях. Так выбор пал на живописное урочище Белый Берег на берегу старого русла Березины неподалеку от деревни Думановщина.

В мае 1925 года воины 8-й стрелковой начали строительство нового лагеря «Большевик». Одним из первых, кто проходил в нем службу, был 23-летний Микола Дубовик, родившийся в деревне Мурины Слуцкого уезда Минской губернии (теперь Копыльского района Минской области). И однажды во время купания с ротой в реке возле лагеря «Большевик» он утонул. Как свидетельствует архивный документ, 30 июня того же года он был похоронен «на братском кладбище под Бобруйском». Между тем красноармеец был одним из талантливых, но забытых сегодня белорусских поэтов. В 1925-м Микола Дубовик опубликовал в журналах и газетах «Маладняк», «Чыр­воны сцяг», «Звязда», «Савецкая Беларусь» такие патриотические стихи, как «На рассвете», «Буду я Октябрь сторожить», «Это мы», «Без гроз весны не бывает», «Октябрьские дни» и другие.

Лагерная жизнь становилась веселее

Постепенно налаживались быт и учеба военнослужащих в еще вчера заповедных бору и дубраве. Постройки возводились «по типу постоянных – из плетня, сырца или глинобитные». Были отрыты траншейные и стрелковые окопы на стрелковые роты. Дорожное дело саперы, например, изучали на разно­образной местности: на болоте, на песчаном грунте. Работы по устройству гатей, мостов проводились также в самых различных условиях. Учеба во всех батальонах шла полным ходом.

Неслучайно побывавший в «Большевике» летом 1926 года корреспондент центральной военной газеты «Красная звезда» дал такую оценку увиденному: «В батальонной школе курсанты усвоили программу хорошо. Интересно отметить факт, свидетельствующий о степени подготовки курсантов: 5 курсантов, уволенных из армии в прошлом году, получили хорошие места в дорожных и мостовых организациях, причем до службы эти лица соответствующими техническими знаниями не обладали. Команды специалистов имеются в школе и в ротах, некоторые команды сведены в общебатальонную.

ВНО и кружки военных знаний свою работу временно приостановили. Работают только кружки политработы, обществоведения и спортивный. Для командного состава батальона имеется в лагерях столовая, где за сравнительно небольшую плату (60 копеек) командиры получают из двух блюд обед, ужин, а утром чай или кофе с белым хлебом».

Прилагали усилия к созданию надлежащих условий для защитников Родины и местные власти. В 1929-м президиум окружного исполнительного комитета своим постановлением обязал руководство Лесбела и Бобруйского лесокомбината освободить часть речного рукава, занятого материалами предприятия, для обеспечения прохода по Березине и стоянки плавсредств, а также для проведения тактических занятий понтонного подразделения дивизии. Положительно была решена проблема и строительства на территории лагеря «Большевик» собственной скотобойни для обеспечения свежим мясом войск соединения.

Но главное – маневры!

В 1930-е о «Большевике» писали многие газеты и журналы, главным образом в связи с проводившимися там стрельбами, учениями и прочими маневрами. Вот фрагмент из журнала «Чырвоная Беларусь» 1930 года: «…Задача, поставленная перед нами, очень серьезная. Необходимо, пока еще настанет день, «опрокинуть» передовые части «врага» в Березину, самим форсировать реку и наступать дальше на Бобруйск.

…Грохочет артиллерия. Огневое соревнование «врагов» достигает своей кульминационной точки. Но напрасно сопротивляются «синие» – сегодня все преимущества на нашей стороне.

– Ура! Ура! – слышится уже с другого берега реки. Бобруйск «взят» нашими «красными».

…Маневры окончены. И «красные» и «синие», разгоряченные репетицией сражения, собираются на прилеске, где в походных кухнях их ждет уже горячий завтрак».

Тогда же целый номер литературного приложения «Вясна» к городской газете «Камуніст» был посвящен лагерю. О буднях ратной учебы, например, коррес­пондировал курсант Василий Коваль: «…Вдали гремела артиллерия. Мы шли на помощь и уже чувствовали усталость. На плечах мы несли немалую нагрузку: скатку, подсумок, противогаз, мешок с 10-фунтовой булкой хлеба, фляжки с водой и винтовки. Обливались потом… Новый день будет труднее. Мы привыкли переносить трудности. Мы любим новые дни в пламени маленьких и больших ежедневных наших побед».

В очерке «Сигнал – тревога» Михаил Канторович рассказал о выходе по тревоге полка из Бобруйска в лагерь «Большевик»: «…Тронулись. Бесшумно. По центральной, Социалистической, улице. Население города спокойно спало, будто ничего и не случилось. Сквозь окна обывательских квартир изредка светили огоньки. Только швейная фабрика была залита светом. Грохотали машины. Люди управляли машинами». И далее о возвращении военных после учения: «В восьмом часу вечера мы возвращались в город. Население высыпало на улицу. Интересовалась артиллерийским вооружением молодежь… Наблюдали за движением командиров и бойцов девчата… Бежали за оркестром дети… Высовывались люди из окон верхних этажей. Махали платочками с балкона Дома коммунистического просвещения. С него не было еще снято первомайское убранство, поэтому он был увешан флагами, гирляндами, портретами Ленина и Сталина. У ворот швейной фабрики стояла большая группа рабочих. Один из них, наблюдая за маршем, сосредоточенно разглаживал усы. Рабочие-­швейники долго провожали взглядами колонну, аж пока не пропала из поля зрения последняя кухня».

Из учений – в бой!

Однако после шести лет существования, когда в 1931-м в командование дивизией вступил полковник Суп­рун, «Большевик» подвергся большой реконструкции: здесь было оборудовано новое стрельбище, построена водная станция, обновлены пищеблоки, сооружены стадион, полковые клубы и даже… театр. Здесь по-прежнему активно проводятся сборы приписного состава, учеба бойцов и начсостава, тренировочная мобилизация сил и средств из народного хозяйства, другие различные учения. Благодаря и этой деятельности постановлением ЦИК БССР дивизия, носившая уже имя Ф.Э. Дзержинского, в день 15-летия Великой Октябрьской социалистической революции награждается орденом Трудового Красного Знамени.

В предвоенные годы в «Большевике» идет напряженная боевая учеба, отсюда выдвигаются на многочисленные маневры различного уровня воинские части и подразделения дивизии. Ни зимой, ни летом не затихают сигналы горнов, голоса командиров под стройными соснами и могучими дубами. Весной и летом 1937-го в лагере проводится «новобранческий сбор», на следующий год – спецсбор приписного состава, а кадровый состав дивизии проводит боевую подготовку до конца сбора на зимних квартирах. Осенью отсюда убывают войска на окружное учение под Рогачев, где присутствует народный комиссар обороны маршал К.Е. Ворошилов, который объявляет благодарность личному составу 1-го батальона 23-го стрелкового полка, а комбату Саранскому и ротному Хорошкевичу вручает именные часы…

В 1939-м в «Большевике» дислоцируется штаб 8-й стрелковой дивизии во главе с полковником И.Я. Фурсиным, под руководством которого войска соединения отправляются в освободительный поход в Западную Беларусь. Затем 8-я стрелковая сражалась с белофиннами, участвовала в Великой Отечественной войне и на наш Белый Берег уже не вернулась. После вой­ны в «Большевике» размещались различные воинские части, в которых проходили службу и сборы как срочники, так и призывавшиеся из запаса. Закончилась история «Большевика» в начале разрушительных 1990-х. Позднее многочисленные здания и сооружения его были разобраны, ограждения сняты и использованы на объектах гражданского назначения в Бобруйске… Был «Большевик» и исчез.

Александр Казак
Иллюстрации из открытых источников интернета