Как пехотинцы Березину форсировали. О буднях воинов 40-й пехотной дивизии 130 лет назад

В начале июня 1896 года Михаил Павлович Хорошхин был назначен начальником дислоцировавшейся в Бобруйске 40-й пехотной дивизии с зачислением по армейской пехоте, но с оставлением в списках генерального штаба и по Забайкальскому казачьему войску. Буквально месяцем ранее произведенный в генерал-лейтенанты, он прибыл в наш город на Березине и вступил в должность.

Опыта комдиву было не занимать

Пройдя дорогами многих ратных дел, генерал принял под свое начало соединение, включавшее в себя 1-ю и 2-ю бригады, состоявшие соответственно из пехотных 157-го Имеретинского и 158-го Кутаисского полков, дислоцировавшихся в Бобруйске, и таких же пехотных 159-го Гурийского и 160-го Абхазского полков, квартировавших в Гомеле и Могилеве соответственно. Дополняли боевую мощь дивизии 40-я артиллерийская бригада в Несвиже и отдельная пулеметная рота в нашем городе. К моменту появления на территории нашей крепости за плечами 52-летнего генерал-лейтенанта были выпуск в чине хорунжего из Оренбургского кадетского корпуса в 1861 году, окончание Николаевской академии генерального штаба в 1867-м и служба в нем штабс-капитаном «с назначением помощником старшего адъютанта штаба Оренбургского военного округа».

Михаил Павлович Хорошхин

По происхождению уральский казак, Михаил Хорошхин, будучи уже полковником, в 1881 году был назначен начальником отделения главного управления казачьих ­войск Военного министерства, а через пять лет произведен в генерал-майоры. В 1890-м он – начальник гарнизона Читы, а через два года по распоряжению генерал-­адъютанта барона Корфа и с согласия военного министра и министра внутренних дел прибыл с должности командующего войсками Забайкальской области и наказного атамана Забайкальского казачьего войска в Санкт-Петербург. Еще через год вступил в должность начальника штаба Туркестанского военного округа с оставлением по генеральному штабу и Забайкальскому казачьему войску. Ну а уже оттуда приехал в наш город на Березине.

Путь его ратный был отмечен многими наградами, среди которых ордена Св. Анны 3-й и 2-й степеней, орден Св. Станислава 2-й степени – «в воздаяние ­отлично-усердной и ревностной службы»; ордена Св. Равноапостольного Князя Владимира 4-й и 3-й степеней – «всемилостивейше пожалованные»; наконец, ордена Св. Станислава и Св. Анны 1-й степени и орден Св. Равноапостольного Князя Владимира 2-й степени, а также японский орден Восходящего Солнца 2-й и бухарский орден Восходящей Звезды 1-й степеней. Словом, было что генералу передавать из своего опыта воинам вверенного ему соединения.

Тяжело в учении…

И офицеры, нижние чины обеих бригад должным образом впитывали и выполняли требования отца-командира. А служили тогда с генералом начальник штаба дивизии полковник Иван Акимович Мандрыка, командиры 1-й и 2-й бригад генерал-майоры Николай Павлович Ралгин и Николай Александрович Горбатовский, командиры полков полковники Афиноген Петрович Фирсов – 157-го Имеретинского, Венедикт Алоизиевич Ясенский – 158-го Кутаисского, Николай Иванович Михаель – 159-го Гурийского и Виктор Александрович Перебаскин – 160-го Абхазского. В частях несли службу подпоручики Иван Михайлович Новицкий, Василий Михайлович Падалко, Александр Николаевич Старченко, а также нижние чины с очень бобруйскими фамилиями Сакун, Прокопович, Пименов, Буйвид и многие другие.

Вот как поручик М. Полумордвинов вспоминал армейские будни той поры: «Во время лагерного сбора при Бобруйске охотничьи команды полков 40-й пехотной дивизии устраивают обыкновенно несколько учений-переправ через реки, причем испытываются разные способы перехода водных препятствий: переправа вплавь, переход вброд, наводка разного типа мостов, переправа на лодках и плотах».

Когда авангарду в составе батальона охотников дивизии было приказано занять противоположный левый берег Березины, окопаться и прикрывать форсирование реки главными силами пехоты, команды 1-й бригады получили приказ переправиться именно вплавь, занять плацдарм и обеспечить наведение моста.

Виктор Александрович Перебаскин

Как указывается в архивном документе, «В 10 часов 25 минут команда 1-го полка на поплавках отошла от берега. На интервале 3 минут за нею следом пущена была команда 2-го полка. В 10 часов 32 минуты обе команды были на другом берегу…» Здесь следует пояснить, что поплавки, с помощью которых переправлялись солдаты, были сделаны из снопов камыша, в изобилии росшего на месте форсирования Березины.

Описывает офицер и процесс наведения моста: «…Вся трудность в наводке такого моста заключается в умении поставить его поперек реки, для чего поступают следующим образом: верховый канат передается на лодке или пловцами на противоположный берег, низовый же обвивается вокруг вбитого на своем берегу кола, но не закрепляется. Находящиеся на том берегу, получив канат, по сигналу начинают его выбирать. Мост подается понемногу, причем низовый конец отчасти сдают по течению, чтобы выпрямить всю постройку и не позволить ее течению разорвать…» Бревна, соединившие берега Березины, фиксировали сброшенными с них камнями-­якорями и канатами с кольями, вбитыми в дно. Затем на основу настилались доски в несколько слоев. Переправа целого батальона пехоты по такому мосту вместе с его наведением занимала около полутора часов. Настил в четыре доски позволял переправлять по мосту кавалерию и войсковые повозки.

Вот так проходили учения на Березине, имевшей ширину в 65 саженей непосредственно у Бобруйска, выезжали пехотинцы 40-й дивизии и на форсирование Свислочи. Везде показывали неплохую выучку и старание. О действиях воинов 130 лет назад писал даже популярный в войсках журнал «Разведчик».

Умер на боевом посту

Тем временем боевая учеба в частях 40-й дивизии продолжалась, ее вой­сками с успехом руководил генерал-­лейтенант Михаил Павлович Хорошхин. Следует сказать о нем и как о творческой личности – на протяжении всей службы военачальник написал немало книг, статей и очерков, печатался в журнале «Военный сборник» и газете «Русский инвалид». Его перу принадлежат, например, такие известные произведения, как «Казачьи вой­ска. Опыт военно-статистического­ описания», «Военно-исторический обзор казачьих войск», «Исторический очерк деятельности военного управления в России в первое двадцатипятилетие благополучного царствования Государя Императора Александра Николаевича (1855-1880)» (в соавторстве с Богдановичем М.И., Максимовским М.С., Шильдером Н.К.), «Очерк казачьих войск», «Казацкие войны», «Забайкальская казачья книга», «Забайкалье. Значение его для государства» и другие.

…К сожалению, что-то написать о нашем городе на Березине Михаил Павлович просто не успел, так как в конце декабря 1898 года внезапно умер от инфаркта. Его тело было перевезено из Бобруйска по завещанию на родину и предано земле рядом с могилой матери в Никольском монастыре, вблизи города Уральска (Яицкого городка).

В последующие годы на смену комдиву прибывали не менее опытные военачальники: в 1899 году – генерал-лейтенант Константин Алексеевич Баиов, в 1902-м – генерал-лейтенант Виктор Адамович Соколовский, в 1907-м – генерал-лейтенант Павел Каэтанович Домбровский, в ­1908-м – генерал-лейтенант Евгений Александрович Ферсман и другие. И хотя Бобруйская крепость в конце ХІХ века утратила свое значение как боевая единица, войска, дислоцировавшиеся в ней (и полки 40-й пехотной дивизии тоже), участвовали в русско-японской 1904-1905 годов, а затем и в 1-й мировой войнах.

Александр Казак
Фото из открытых источников Интернета