Новый год по-белорусски Праздник, любимый во все времена

Как таковой Новый год в 1920-е и до середины 1930-х в СССР, а значит и в Беларуси, не отмечался. Хотя, как писала в 1921 году газета «Савецкая Беларусь», «Для дзяцей рабочых і служачых у народных маёнтках шмат дзе ўладжаны навагоднія ёлкі пры вельмі пекнай абстаноўцы». Но это был если не пережиток прошлого, то весьма редкое явление для первых лет после гражданской войны и наступившей разрухи. И только после 1935-го в большую страну и в нашу республику вернулся лучший из праздников как для детей, так и для взрослых.

Не до елок с маскарадами было

Конечно, новой власти не до веселья было за заботами о строительстве по сути новой страны. Так что новогодние хороводы и мишура были отложены до лучших времен, более того, под такое лишение радости была подведена идеологическая база с антирелигиозным уклоном. Однако традиции тем и сильны, что их не искоренишь росчерком пера. Елок уже не было, но новогодние пожелания еще писали – и не только в альбомах, но и в газетах. Вот, например, Кондрат Крапива В.И. Ленину в «Савецкай Беларусі» 1922 года:

Пасылаю з годам новым

Пажаданне быць здаровым.

Капітал каб перажыць

Ды ў труну яго ўлажыць

І на ўсім зямным абшары

Бачыць красныя штандары.

Переориентации масс способствовали и новые праздники, один из которых – День образования БССР – практически совпадал с Новым годом. Кстати, 1 января наступающего года мы отметим 105-ю годовщину со дня создания Белорусской Советской Социалистической Республики.

Годы считали по годам пятилеток

Вот и первый (1929-й) в первой советской пятилетке подходил к концу без привычной сегодня суеты с праздничными елками, маскарадами, иллюминациями. Лучшим подарком Родине и себе был ударный труд. В Бобруйске празднование началось вечером 29-го декабря. На торжественном заседании пленума горсовета присутствовали несколько тысяч рабочих Бобруйска. Одновременно с десятилетием независимости БССР праздновался 10-летний юбилей дивизий имени Дзержинского и имени Германского пролетариата. В тот же вечер по всем клубам состоялись вечера молодежи, 30 декабря проходили многолюдная демонстрация трудящихся Бобруйска и парад гарнизона. Во время демонстрации были вручены красные знамена ЦИК СССР обеим дивизиям. Празднование юбилея в нашем городе ознаменовалось открытием ряда культурных и коммунальных предприятий. Так, в бывшей синагоге был открыт клуб деревообделочников, на Березинском форштадте открыли баню и амбулаторию. Торжественно было отпраздновано окончание постройки рабочего поселка «Пролетарий» и школы-­семилетки в рабочем районе. 1 января была произведена закладка новых зданий городского театра и механической прачечной. На празднества в город прибыли рабочие делегации из Гомеля и Борисова. Пролетариат Бобруйщины командировал своих представителей для участия в торжествах в Минске, Гомеле и Борисове.

1930-е: решающие и определяющие!

Конечно, людям хотелось праздника, обозначающего веху на жизненном пути каждого из нас.

«Бобруйская швейная фабрика им. Дзержинского досрочно, 29 декабря, закончила годовой план на 100,4 процента. Директор Кац. Секретарь парткома Уздинский. Председатель фаб­кома Шульман», «Бобруйский межрайонный Текстильшвейсоюз выполнил годовой промфинплан к 26 декабря. Дадим к 7-му съезду Советов добавочной продукции на 320 тысяч рублей. Парторг Гитерман» – так рапортовали в одной из газет 1934 года наши земляки.

В Минске даже 31 декабря проводился общегородской слет ударников в Доме Компросвещения, являя собой то ли замаскированную замену бал-маскараду, то ли все-таки серьезное мероприятие. В его повестке были и доклад, и вручение знамен, но был и концерт. Вряд ли все это проходило под знаком наступающего года, однако задачи передовикам ставились именно на 1935-й. Даже центральная «Правда» в передовице под говорящим названием «1935 год» ни словом не обмолвилась о любимом в народе празднике. Но итоги, конечно, подвела: «Яркими огнями горят наши достижения за 1934 год. Его справедливо называют у нас годом рекордов. Блистательная эпопея спасения челюскинцев и поход «Литке». Захватывающие, как сказка, полеты Эпрона и мировые рекорды в авиации. Целая серия научных съездов и достижений наших спортсменов. Первый в мире съезд писателей и победы советского кино. Рекорд полетов в стратосферу тоже находится в руках советских стратонавтов…»

Возвращение Деда Мороза

И только в конце 1935 года стали появляться сообщения в газетах типа: «В магазинах Минторга №28 (по Ленинской, 4) и №3 (по Ленинской, 92) продаются новогодние подарки для детей», «Вчера в Минске на колхозных базарах и в скверах продавались елки. Стоимость елки от 40 до 80 коп. За день продано свыше 500 елок. Горпотребсоюз и Белорусское объединение культтоваров организовали продажу украшений для елок». А газета «Звязда» 1 января 1936 года вышла под шапкой «Шчасліва і бадзёра, весела і радасна моцна згуртаваныя вакол ВКП(б) і свайго любімага правадыра – вялікага Сталіна сустракаюць народы Савецкага Саюза Новы год. Гэта будзе год далейшага росквіту нашай сацыялістычнай радзімы» и с передовицей «З Новым годам, таварышы!», в которой не только поздравили белорусов с возрожденным любимым праздником, но и привели подоба­ющие случаю строки Янки Купалы:

Мы ідзем у сонцы з сонцам

Маладым паходам.

Слава баць­каўшчыне нашай і яе народам!

Слава сокалу, што родам

З-пад каўказскіх скалаў,

Што з Крамля праменні сее

З юнацкім запалам!

И вообще, весь номер «Звязды» был насыщен информацией, в которой самым частым словосочетанием было «Новый год». Со стихами и прозой, с пожеланиями и своими планами выступили писатели Якуб Колас и Кондрат Крапива, Петрусь Бровка и Изи Харик, артисты и художники, академики, рабочие и колхозники. Издание изобиловало сообщениями о трудовых подарках новому 1936-му и в их числе – о мировом рекорде бобруйчанина Григория Рушко с нашего лесокомбината.

Любопытна деталь, найденная в одной из публикаций о встрече нового 1937 года в минской школе имени Пушкина: «…12 часов ночи. Гремит боевой «Интернационал». Великий пролетарский гимн подхватывают все собравшиеся на этом замечательном новогоднем вечере». Действенное участие в освоении советских церемониалов встречи Нового года принимали студенты. Вот что писала в 1937-м многотиражка Белгосуниверситета: «…Для ўдзелу ў правядзенні ёлкі запрошаны госці – піянеры і вучні 37-й падшэфнай школы… Так радасна мы сустракаем новы 1937 год, у якім наша краіна, асветленая яркімі праменнямі Сталінскай Канстытуцыі, даб'ецца яшчэ больш цудоўных перамог».

Перед Великой Отечественной

А вот номер «Советской Белоруссии» за 31 декабря 1938 года открывался указами Президиума Верховного Совета БССР о присвоении высоких званий людям, к тому времени уже хорошо известным в Бобруйске. И среди них – Владимиру Осиповичу Морзону, ставшему заслуженным деятелем науки БССР, и Владимиру Осиповичу Владомирскому-­Малейко (тогда фамилия нашего земляка звучала еще так), удостоенному звания народного артиста БССР. В канун Нового года Почетной грамотой Верховного Совета был награжден также Сазон Тимофеевич Трибуш – вакуум-­аппаратчик кондитерской фабрики «Красный пищевик», а грамотами – работница швейной ­фабрики имени Дзержинского Надежда Ивановна Карташева, рабочий Бобруйского фанерного завода Василий Иосифович Кияховский, начальник смены Бобруйского лесокомбината Владимир Иванович Одинец, директор швейной фаб­рики имени Дзержинского Самуил Львович Шапиро.

Богат славными делами был и 1939 год: прошел ХVIII съезд партии, новый мощный подъем получили стахановское движение и социалистическое соревнование за выполнение заданий третьей сталинской пятилетки; в Москве открылась Всесоюзная сельскохозяйст­венная выставка; была освобождена Красной Армией из-под ига панской Польши Западная Белоруссия. Действительно, жить становилось веселее! И это подтверждала встреча нового 1940-го. Как писали в газетах того времени, вся страна встала с поднятыми искрящимися бокалами под бой кремлевских курантов, чтобы провозгласить тост за лучшую жизнь, за новые свершения. Репортажи пестрели фактами, без которых сегодня мы не мыслим себе новогоднего праздника: «…В детский сад завода имени Кирова (Минск) принесли высокую ветвистую зеленую елку. Поставили ее в большом зале, и вокруг нее сразу началось хлопотливое веселье», «…В Могилеве, раскинувшемся на берегу замерзшего красавца Днепра, бьет ключом полнокровная жизнь. В Доме пионеров, в том самом доме, где некогда размещалась ставка последнего Романова, – веселый пионерский бал. Полюбуйтесь, сколько костюмов!», «По приглашению ЦК комсомола 31 декабря в Минск на новогоднюю елку приехала делегация школьников западных областей БССР в составе 40 человек…»

Не менее радостно встречали и последний предвоенный год наши соотечественники. У нас в Бобруйске, например, в городском театре и клубе деревообрабатывающего комбината состоялись костюмированные бал-маскарады. В Доме пионеров была устроена грандиозная новогодняя елка. Многие предприятия подвели предварительные итоги хозяйственного года. Швейная фабрика имени Дзержинского дала стране продукции свыше годового плана на 754 тысячи руб­лей. На 1700 тысяч рублей продукции сверх задания дал хлебокомбинат…

В белорусской столице тоже царило новогоднее оживление. Балы прошли в клубах рабочих и служащих, во Дворце пионеров и Доме Красной Армии. Исключительно красиво были оформлены клубы совторгслужащих и металлистов, где установили большие елки, развесили гирлянды разноцветных иллюминаций, устроили комнаты сказок. Катки «Динамо» и «Пищевик» посетили около тысячи любителей катания на коньках…

Александр Казак. Иллюстрации из открытых источников Интернета