Интересно, что будет, если у всех забрать носимые устройства, а остальное оставить как есть? Или дома будут компьютер и интернет в неограниченном количестве, но с собой не будет ни мобильного, ни плеера, ни всяческого рода фитнес-браслетов, умных часов, планшетов, gps-навигаторов и цифровых камер?

Интересная вещь – мы живем в обществе, где «Евровидение» выигрывает Кончита Вурст, и в то же время изо всех сил поддерживаем патриархальный строй. Я не говорю сейчас о том, что Кончита Вурст – хорошо само по себе или плохо. Это некое явление, сигнал. Что как раньше уже не будет. А по-новому мы жить не научились.

Несмотря на то что город Бобруйск является культурной столицей Беларуси, именно радио в нашем городе долгое время не существовало. Два года потребовалось, чтобы наконец мечта наших горожан – иметь собственное городское радио в ФМ-диапазоне – сбылась.

Мы все стремимся приблизиться к Европе, хотя и живем в ее гео­графическом центре. Коснешься чего-то, не совсем которое, и понеслось: а вот в норма-альных странах… Хотя большинство белорусов в тех самых «нормальных» странах отродясь не бывало, и вообще самая дальняя поездка за грибами – 40 км от городской черты.

Классическая история: выскочили замуж/женились сразу после 20, зачастую и до. Задвинули образование на второй план, отложили до будущих времен увлечения и интересы, выбросили мечты о карьере. Походили-погуляли, пару месяцев поиграли в ролевую игру под названием любовь, да и бросились к родителям, чтобы закатить то, ради чего весь сыр-бор и начинался, – свадьбу. Да не обычную, проходную, с мамой-папой и парой друзей, а такую...

«Один из тех отходов, который нельзя переработать, – попусту потраченное время». «Время идет медленно, когда за ним следишь. Оно чувствует слежку. Но оно пользуется нашей рассеянностью. Возможно даже, что существуют два времени: то, за которым мы следим, и то, которое нас преобразует». «Время – это мираж, оно сокращается в минуты счастья и растягивается в часы страданий». «Время не проходит впустую и не катится без всякого воздействия на наши чувства: оно творит в душе удивительные дела». «Время всегда будет уважать и поддерживать то, что крепко, но обратит в прах то, что окажется непрочным». «И все, что нас гнетет, снесет и свеет время, все чувства давние, всю власть заветных слов, и по земле взойдет неведомое племя, и будет снова мир таинственен и нов».

Вчера встретила знакомую. Она мне с грустью поведала, что сын у нее снова развелся. В четвертый раз уже. И четвертого малыша (у него от каждой жены по ребенку) оставил бывшей теперь уже жене. А сам он живет у мамы, то есть у этой моей знакомой. И мой вопрос, зачем она его к себе пустила, вызвал у знакомой бурю негодования.

Все мы когда-то хотим поменять жизнь: начнем бегать по утрам, выучим английский, найдем родственную душу, добьемся карьерного роста и признания коллег, станем своим человеком в любой компании, прочитаем огромный список литературы, у­­едем на Канарские острова в отпуск… А пока мешают дождь, мировая экономика, старая обувь, нехватка времени, денег, сил и энергии… Еще беспорядок в мыслях и дома. Мы тщательно прикрываемся удобными отмазками, жалуемся, что все эти преграды мешают нам стать тем, кем мы хотим, и соблюдаем технику безысходности.

…Пятилетний мальчик утонул в бассейне в Египте. На десятилетнюю девочку обрушилась кирпичная опора. Годовалая малышка умерла до приезда «скорой» дома: на нее упал телевизор. Единственный в семье девятимесячный сын утонул в ванной во время купания. Сразу 14 подростков, сплавляясь на лодках, погибли во время шторма в Карелии... Почему гибнут те, кто еще и пожить-то не успел? Я стараюсь как можно быстрее пробежать глазами ужасные сводки, судорожно переключаю телеканалы, чтобы не слышать и не видеть подробности трагедий. И гоню от себя липкое чувство, которое неизменно появляется в душе, как только на глаза попадается что-то подобное.

Помню, был у нас сервант. С зеркалами, весь стеклянный, блестящий. Отголосок советского прошлого наравне с раскладным столом-книгой, который был в каждой семье. И стояли там большие, непрактичные салатницы, хрустальные бокалы и фарфор, красивый, переливчатый: блюдца, тарелки и чашки на шесть персон. Нереально красивый для того времени. Как его добывали, отдельная история, но называлось это тогда «по большому блату».

Светлый праздник воскрешения Христова случился. В этом году, слава Богу, благодатный огонь сошел один раз и для всех. Православные с католиками вознесли молитвы Господу и сыну его. Священники отслужили положенное. Верующие соблюли все каноны поста, разговелись… и понеслась…

Интересная статья получилась у «Гостьи из будущего», не соизволившей показать «личину» общественности из-за боязни, что ее узнают родители и проклянут. Но при этом она совершенно не испугалась, извините, обгадить их с ног до головы. Что ж, оставить такое без внимания трудно, и маску для этого я надевать не буду.