Бобруйский новостной портал Bobrlife

Бобруйск — Новости —Новости Бобруйска — Погода — Курсы валют — Общественно-политическая газета — Навіны Бабруйска — Бобруйский портал —бобр лайф — Зефир FM

«Я должна проявлять понимание к горю людей, но честно делать свое дело»

227 0

«Я должна проявлять понимание к горю людей, но честно делать свое дело»

Как известно, кадры решают все. И даже в наше высокотехнологичное время. Сочетание высокопрофессиональных специалистов, готовых делиться опытом, и молодых амбициозных идейных людей, готовых слушать и набираться новых знаний, – это ли не лучший симбиоз для трудового коллектива? Сегодня знакомим вас с молодым работником, недавно пришедшим в Бобруйский межрайонный отдел Государственного комитета судебных экспертиз, – государственным медицинским судебным экспертом Анной Астрейко. Узнали у девушки, с чем сталкивается она по работе, почему ее выбор пал на эту профессию, как ее принял город, и многое другое.

 

– Мне 25 лет. Родом я из Речицкого района Гомельской области. В нашей семье есть педагоги, но ни одного врача или медработника. А вот мне в классе 8-9-м захотелось стать врачом. Я подумала, что это хорошая профессия – помогать людям. Следуя своим планам, после 9-го класса я поступила в Речицкий лицей в класс с химико-биологическим профилем, затем – в Гомельский медицинский университет. Но на четвертом курсе… мне перехотелось быть врачом. Просто, когда 16 лет, у тебя одно мировоззрение, когда 21 – уже несколько другое. Мне кажется, что в 16-17 лет осознанно выбирать профессию на всю жизнь рановато…

И вот на 5-м курсе нам преподавали судебную медицину. Предмет меня увлек интересными занятиями, историями из практики преподавателей, познавательной литературой на эту тему. И я решила походить в морг, посмотреть и оценить свои силы, смогу ли я этим сама заниматься. Походила, поняла, что не боюсь, меня это не отталкивает, что работа ­судмедэксперта такая же, как и многие другие. Но ее не все могут делать: кто-то крови боится или еще чего-то, а я к этому спокойно отношусь. Так я определилась, что хочу стать медицинским судебным экспертом. Родственники и друзья на мое решение отреагировали хорошо, поддержали.

После окончания медицинского вуза еще год обучалась в Институте повышения квалификации и переподготовки кадров Государственного комитета судебных экспертиз. Долго? Еще когда поступала в медуниверситет, ду­мала: «Шесть лет учиться – это так много, как я выдержу?» Но студенческие годы настолько быстро пролетели, что я и не заметила…

По распределению попала в Бобруйск, где и работаю почти год. Мне все нравится, коллектив хороший. Довольна, не пожалела ни на минутку.

– Какие вопросы о работе Вам задают чаще всего?

– Незнакомые люди, когда узнают, кем я работаю и чем занимаюсь, спрашивают: почему такая молодая девочка пошла туда работать, не сложно ли, не боюсь ли (особенно если ночью ­куда-то выезжать)? Отвечаю: «Мне нравится профессия, очень интересная». Судмедэкперт не только вскрывает трупы. Он выезжает на место обнаружения умершего (погибшего), проводит осмотры живых лиц с телесными повреждениями, проводит экспертизы по медицинским документам. Работа достаточно разноплановая, в ней нет рутины, некогда скучать.

– Эмоционально тяжело?

– Когда я приезжаю на место происшествия и вижу рядом с покойным его родственников, понимаю их чувства, их горе. Глядя на погибшего в результате дорожно-­транспортного происшествия молодого человека, конечно, переживаю: ему еще жить и жить, но, видимо, из-за собственной невнимательности его жизнь оборвалась в одночасье… Но для пользы дела приходится отключать эмоции и концентрироваться на работе.

Уже после вскрытия, выдавая родственникам свидетельство о смерти, мне бывает сложно называть причину смерти, когда люди плачут передо мной. Но сказать нужно – все хотят знать, отчего умер их родственник. Лучше знать любую причину смерти, чем быть в неведении. Иногда мне тяжело это говорить, но я ­говорю как есть. В такие моменты я должна проявить понимание и сочувствие к их горю, быть деликатной, но честно делать свое дело.

А после работы возвращаюсь домой (в Бобруйске мне предоставили арендную квартиру) – и все. Там другие мысли о своих делах. Когда отдыхаю, смотрю фильмы, читаю книги, музыку слушаю.

– Экстрим случается в Вашей работе?

– Если это можно назвать экстримом. Например, мой первый выезд на место происшествия был на падение с высоты. Человек с 10-го этажа упал на общий балкон дома, куда не было свободного дос­тупа. Пришлось преодолевать «преграды». Однажды труп нашли в заброшенном частном доме. Двери в нем заколочены, и членам следственно-­оперативной группы, в том числе мне, пришлось залезать внутрь через окно. Или как-то ночью спускаться на берег реки по крутому склону… Всякое бывает в работе. Но, благо, коллеги из милиции и следствия всегда помогают.

– Со сложными случаями в практике уже сталкивались?

– Да, действительно, бывают сложные экспертизы, когда нужно потратить много времени, чтобы разобраться в механизме образования телесных повреждений или в причине смерти человека. Но сложные случаи – это хорошо. Ведь помогают набираться опыта, приобрести больше знаний, потому что приходится читать дополнительно литературу.

Всегда обращаюсь к старшим коллегам, если возникают какие-то вопросы, благо, такая возможность есть, ведь в нашем отделе работают опытнейшие судебно-медицинские эксперты с многолетним стажем. В ходе совместных обсуждений проблемных вопросов я приобретаю не только новые знания, но и уверенность в своих выводах.

У судебного эксперта нет права на ошибку – заключения с результатами экспертиз приобщаются к материалам проверок, уголовных дел, доказывают чью-то вину либо ее отсутствие, принимаются во внимание судом. Это большая ответственность. Поэтому в моем заключении должны быть выверены каж­дое слово и каждая запятая.

– Вместе с тем судебно-­медицинский эксперт, наверное, нечасто слышит слова благодарности?

– Люди, которые приходят на судебную медицинскую экспертизу после ­какого-то нехорошего события с ними (им нанесли телесные повреждения, или они получили травмы в результате несчастного случая), зачастую находятся в подавленном состоянии, а родственники умерших – в горе. Они хотят, чтобы скорее все это закончилось. Поэтому очень важно при общении не доставлять им лишнего дискомфорта, выполнять работу оперативно, быть корректной. Наверное, у меня это получается, раз люди, забиравшие своего покойного родственника из морга, написали мне и другим работникам благодарность в книгу замечаний и предложений. Но это действительно редкость…

– Как Вам город?

– Раньше, еще когда училась, пару раз была в Бобруйске, приезжала в гости. И вот теперь он стал моим. Город мне нравится: хороший, красивый, комфортный, с многолетней историей. Думаю, как минимум ближайшие годы он будет в моей жизни.

Подготовила Ирина Рачковская, главный специалист для работы со СМИ управления Государственного комитета судебных экспертиз по Могилевской области


© 2014-2021 Bobrlife Настоящий ресурс может содержать материалы 18+. Перепечатка материалов bobrlife.by возможна только с письменного разрешения редакции!
Translate »