2,52
2.94

Бобруйский новостной портал Bobrlife

Бобруйск — Новости —Новости Бобруйска — Погода — Курсы валют — Общественно-политическая газета — Навіны Бабруйска — Бобруйский портал —бобр лайф — Зефир FM

Влюбленный в небо Андрей Коваленко

403 0

Влюбленный в небо Андрей Коваленко

У героя моего сегодняшнего рассказа, по его же собственному заверению, просто не было иного выбора, как стать летчиком. Андрей Коваленко родился в Моздоке, где в то время служил отец (кстати, Виктор Алексеевич вышел в отставку с должности начальника радиоэлектронной борьбы полка). Семья жила в авиационном гарнизоне, где «круглосуточно все шумело и гудело», здесь прошло все детство Андрея и его младшего брата Павла (который впоследствии окончил авиационно-­инженерное училище, служил специалис­том по ремонту самолета и двигателя). Естественно, сама атмосфера не могла не наложить отпечаток на парня, и он решил связать жизнь с небом, «благо, здоровье и отметки позволили воплотить мечту в жизнь».

Гарнизон был дальней авиации. Учебное заведение, которое готовило для нее специалистов, было единственным в СССР, находилось в Тамбове и называлось Краснознаменным высшим военным авиационным училищем летчиков имени Героя Советского Союза Марины Расковой. Туда и отправился в 1984 году выпускник средней школы Коваленко, чтобы получить специальность летчика.

Четырехгодичное обучение строилось следующим образом. Первый курс давал теоретическую базу. Три последующих делились пополам: полгода – учеба, второе полугодие – полеты. Первым самолетом стал Л-29 – учебный реактивный истребитель-бомбардировщик. На втором курсе на нем осваивали программу дневных полетов, на третьем – ночных. Любопытно, что, когда курсант был допущен к самостоятельным полетам, водительскими правами (экзамен на которые Андрей сдал в 10-м классе) воспользоваться он не мог – еще не исполнилось 18 лет. На третьем курсе попутно приступили к освоению следующей машины – ТУ-134УБл (учебно-боевой летчиков). Это гражданский пассажирский самолет, на который прикреплен «нос» от боевого, чтобы глаза привыкали к конфигурации боевого самолета, особенно на посадке. На четвертом курсе «подключился» аппарат, на котором в последу­ющем новоиспеченные лейтенанты должны были летать в части, куда будущих асов направляли из военного вуза. Было два варианта – ТУ-16 и ТУ-22М3. Коваленко учился на первом. Конечно же, за период обучения изучили устройство всех систем и двигателей.

Первым местом службы стал 200-й гвардейский Краснознаменный тяжелый бомбардировочный авиационный полк, который располагался в авиагородке в Бобруйске. Начинающий офицер попал в эскадрилью радиоэлектронной борьбы (РЭБ), задачей которой являлось прикрытие помехами двух боевых эскадрилий. А бобруйский полк работал на западном театре военных действий, то есть потенциальными целями были страны Европы. Буквально через два года – в 1990-м, когда Андрей Викторович должен был уже стать командиром корабля, было принято решение ликвидировать ТУ-16 (посчитали, что эта техника себя изжила), а всех, кто на нем летал, переучить на ТУ-22М3. Центр боевого применения и переучивания летного состава дальней авиации в Рязани всех летчиков «не потянул» – их оказалось слишком много. Тогда стали заниматься переподготовкой на собственной базе в Бобруйске. Процесс занял около трех месяцев. На этой воздушной машине Коваленко летал до декабря 1994-го.

К сожалению, наша страна в тот момент не располагала достаточными средствами для содержания самолетов с ядерными боеголовками, и весь самолетный парк передали Российской Федерации. Пришлось из Беларуси переезжать под Иркутск в гарнизон «Белая». Интересно, что туда же перевезли печать и знамя расформированного бобруйского полка, оставив, естественно, его на­именование. Получилось, что пилот перевелся из 200-го в… 200-й.

Увы, службу в 1990-е полноценной назвать затруднительно: полетов не было из-за отсутствия керосина, заработную плату выплачивали с серьезными задержками (до четырех месяцев). По­этому, когда в 1998-м грянули организационно-штатные мероприятия (говоря гражданским языком, сокращения), капитан Коваленко решил уволиться из рядов Вооруженных Сил. Безусловно, жалеет, что вынужден был оставить службу в «расцвете летных сил». И по прошествии больше двух десятков лет нет-нет да и «полетит» на своем первом самолете: «видимо, самые яркие эмоции, это для летчика высший пилотаж – все зависит только от тебя, помочь некому»…

Думаю, все согласятся, что непростое и довольно небезопасное дело – управлять сложной техникой, «начиненной» множеством механизмов и приборов. За годы службы Андрея Викторовича случались и внештатные ситуации. Еще на втором курсе во время одного самостоятельного полета загорелось табло «Пожар». К счастью, это оказалось ложное срабатывание датчиков. А как-то за один полет по кругу, который длится всего 15 минут, четырежды случился помпаж двигателя – резкое падение его оборотов. Однажды при отработке полетов в безлунную ночь на аэродроме произошло полное обесточивание. Для ухода на второй круг была недостаточная высота, а места посадки не видно. Слава богу, все обошлось, но хвостом едва не прошлись по земле. В другой раз всем полком летели на учения в Европу. Только-­только пересекли границу с Польшей, как отказала бортовая радиолокационная система. Пришлось до места назначения следовать, пристроившись за впереди летящим. Нередки были и отказы оборудования, поэтому практически каждая система в самолете дублируется, чтобы иметь возможность воспользоваться чем-то другим…

Огромной удачей Коваленко считает, что во всех гарнизонах, где служил, не случилось ни одной катастрофы, в которой бы погибли люди. К тому же, по мнению капитана в отставке, все неприятности и трудности «компенсировались красотой и свободой, когда на душе хорошо и ­спокойно».

В третье воскресенье августа все белорусские авиаторы отметят профессиональный праздник (который в советские времена, кстати, был всегда 18 августа). Андрей Викторович поздравляет с ним всех причастных к небу (к слову, и жену молодой человек выбрал из летной семьи – его тесть Леонид Георгиевич Иноземцев был вторым штурманом на ТУ-16, а потом начальником строевого отдела полка). Желает тем, кто продолжает служить, чистого неба и мягких посадок, чтобы число взлетов всегда было равно числу посадок. И конечно же, всем того, что составляет простое человеческое счастье, – здоровья, достатка, понимания и любви близких.

Ольга Хотько.


Translate »