Талантом завораживали зрителя. Точкой отсчета в своей карьере считали Бобруйск знаменитые актрисы Мария Савина и Лариса Федченко

О том, что наш город издавна театральный, говорится много и убедительно. Свою лепту в подтверждение этого тезиса дореволюционным и советским примерами решил внести и автор этих заметок. На бобруйских подмостках выступали будущая звезда первой величины Мария Гавриловна Савина и заслуженная артистка БССР Лариса Николаевна Федченко. Вспомним о них.

Мария Гавриловна

«Отчаянной кокеткой» она стала именно в нашем городе на Березине. Дочь провинциальных актеров Г.Н. и М.П. Подраменцовых, выступавших под псевдонимом Стремляновы, юная Маня тоже начинала свою карьеру как Стремлянова, но после того как вышла замуж за актера Н.Н. Славича (по театру Савина), навсегда оставила себе после развода его сценическое имя, под которым и вошла в историю театра. А начиналось всё в провинции, в которой не минула она и наш город на Березине. Вот как сама актриса вспоминала Бобруйск конца 1860-х:

«…Мне давали всякие роли, на какие не хватало актрисы. На зиму главные лица нашей труппы рассчитывали служить в Минске, и потому в середине лета мы оказались недалеко от него в городке Бобруйске, где, кроме артиллерийских офицеров (там первоклассная крепость) и евреев, никого нет. Театр состоял из длинной залы (чуть ли не бывшего манежа) с двумя ложами и двадцатью рядами кресел. Кроме этого, было несколько квартир, где мы все разместились. Актрис было четыре: драматическая – Машенька Сосницкая, комическая старуха Михайлова, она же гранд-дам, жена Славянского… на роли кокеток и водевили… и я на вторые водевильные роли и всё, что понадобится.

Мы играли три раза в неделю, так как в городе существовал офицерский клуб под названием «Ротонда», куда собиралась танцевать вся крепость с комендантским семейством во главе».

О чем еще, кроме театра, могла думать тогда юная прелестница? А вот о чем: «Сначала я только смотрела, а потом решилась сесть в ряды танцующих. Я уже носила длинное платье, выучилась причесываться к лицу, танцевала хорошо, и за кавалерами дело не стало. Целью моей жизни было тогда добиться приглашения на мазурку бригадного адъютанта, который был первым кавалером и танцевал только с генеральской племянницей. Белое кисейное платье, сшитое на первые заработанные мною деньги, доставило это удовольствие, а красная бархатка на моей курчавой голове послужила к погибели нескольких сердец, и с этого вечера я сделалась отчаянной кокеткой».

Однако сколь ни легкомысленна была начинающая исполнительница, театр в ее жизни занимал уже тогда первое место. Бобруйские гастроли она позднее вспоминала так: «Театр охотно посещался публикой. Репертуар состоял из комедий, легких драм и водевилей преимущественно. Я не портила ролей наряду с другими исполнителями и иногда повторяла свои куплеты, и только. Самый большой успех на мою долю выпал в самой неподходящей мне роли и вот каким образом. Комическая актриса Михайлова поставила в свой бенефис… водевиль «На ловца и зверь бежит», где я с особенным удовольствием играла какую-то цветочницу… В день спектакля сбор обещал быть полным, нечего и говорить, что все были в восторге, а я с особенным усердием припекала свои папильотки… Как вдруг Сосницкая вбегает ко мне и объявляет, что спектакль не состоится, так как Михайлова ночью родила и играть не может. Я бросилась на сцену – там полное смятение. Славянский рвет и мечет, не зная, чем заменить спектакль, а муж бенефициантки чуть не плачет – так на бенефис рассчитывали…»

«Не могу себе представить, как могла явиться у меня мысль сыграть вечером за Михайлову, но помню, что на мое предложение некоторые отвечали смехом, отец назвал меня дурой, а муж Михайловой сказал, что стыдно смеяться над его положением… – через много лет писала Мария Гавриловна. – Не помню, как я вышла на сцену, как начала роль, но слышала смех публики, одобрение актеров (даже отца), и каждый мой уход сопровождался аплодисментами. Но, конечно, эти аплодисменты относились к моему поступку, а не к исполнению. Я была в восторге, и водевиль прошел чрезвычайно оживленно… Никогда не забуду этого спектакля… В одно прекрасное утро капитан А. явился к моему отцу просить моей руки. Ему было под сорок лет, а мне пятнадцать. Отец принял это за шутку, а я объявила, что пойду за него через пять лет и то, если он сбреет усы… Тем дело и кончилось. Скоро после этого мы переехали в Минск, где и началась моя карьера».

Лариса Николаевна

Родилась Лариса Николаевна 30 июля 1925 года в Рогачеве в семье служащих. Ее родители были заслуженными учителями Беларуси: отец Николай Иванович – химик, а мать Ядвига Александровна – преподаватель иностранных языков.

В 1949 году Лариса Федченко окончила Белорусский театральный институт (курс С. Новака, К. Санникова). Работала в Гродненском областном драматическом театре (1949-1953), Театре драмы и комедии при Белгосэстраде (1953-1955). С 1956-го служила в Могилевском областном театре драмы и комедии им. В.И. Дунина-­Марцинкевича в Бобруйске. Лучшими ее работами здесь стали роли Кати («Человек вернулся» П. Василевского), Мальвины («Нестерка» В. Вольского). Богат был классический репертуар Л.Н. Федченко. Остро, с большим сценическим темпераментом исполнены ею роли в пьесах А. Островского, Н. Гоголя, М. Горького, А. Чехова, Я. Райниса, К. Гальдони. Особенно выделяются из них Кукушкина («Доходное место» Островского), Васса, Маланья («Васса Железнова», «Егор Булычов и другие» М. Горького), сыгранные в передвижном и театре драмы и комедии имени В.И. Дунина-­Марцинкевича в Бобруйске.

Заметные образы создала Лариса Николаевна и в современной драматургии: Анны Вальтер («Последняя остановка» Э.М. Ремарка), Фаины («Веселый тракт» Б. Васильева), Варвары («Последний срок» по В. Распутину).

Звания заслуженной артистки БССР хорошо известная старшему поколению бобруйчан актриса была удостоена в 1975 году.

Поклонники утверждают, что искусству актрисы были присущи лиричность, открытая эмоциональность, драматизм, точность и выразительность психологических характеристик. Лариса Федченко создала в белорусском репертуаре яркие, сценически броские колоритные персонажи: Настя («Поют жаворонки» К. Крапивы), Верка («Тени исчезают» С. Свиридова), Катя («Человек вернулся» П. Василевского), Дюркина («Злодей» А. Петрашкевича), Антонина Львовна («И смолкли птицы» И. Шамякина).

Богат классический репертуар актрисы. Остро, с большим сценическим темпераментом сыграла она роли в пьесах знаменитых писателей. Особенно выделяются среди них персонажи Кукушкиной («Доходное место» А. Островского), Вассы, Елены Андреевны («Дядя Ваня» А. Чехова), Авдотьи Васильевны («Светит, да не греет» А. Островского и М. Соловьева).

Заметные образы создала Лариса Николаевна и в современной драматургии: Любка («Свадьба с приданым» М. Дьяконова), Анеле Индрунене («Лестница в небо» М. Слуцкиса).

За театральную карьеру Лариса Федченко, которая сама себя называла «рогачевской Лялей», сыграла множество ролей, блистательно воплотив их образы на сцене. В каждый свой персонаж она привнесла частичку себя настоящей, создала свой особенный стиль, поэтому ее актерские работы неповторимы и уникальны.

Осталась большая переписка другого известного в нашем городе таланта Михася Лынькова – с родителями и самой Ларисой Федченко. К сожалению, не всё мог посмотреть на сцене в исполнении своей воспитанницы Михась Лыньков, о чем писал в одном из последних писем:

«…Большое спасибо за приглашение посетить постановку, в которой ты участвовала. Но, к сожалению, я не смог воспользоваться твоим любезным приглашением. Я недавно прибыл из больницы, никуда еще не выхожу. Жена была в больнице (она выписалась оттуда в начале этого месяца). Сообщить об этих обстоятельствах я не имел возможности, не зная твоих телефонных координат. Еще раз спасибо за приглашение!

С дружеским приветом, Міхась Лынькоў».

В этом году исполняется ровно тридцать пять лет, как ушла из жизни Лариса Николаевна Федченко.

Александр Казак
Фото из открытых источников Интернета