Посвятившие свою жизнь людям. Вера Ферсман и Светлана Драгун: похожие преданностью делу

Евгений Александрович Ферсман был женат на Марии Эдуардовне Кесслер – дочери участника Кавказских войн, генерал-лейтенанта Эдуарда Федоровича Кесслера. От этого брака Ферсман имел двух детей: Веру и Александра. О знаменитом сыне академике-­минералоге знает весь мир, а вот о нежной девушке и целеустремленной женщине хотя бы бобруйчане должны знать больше. Как и о Светлане с такой военной фамилией – нашей современнице, не побоявшейся надеть мундир.

Вера

У 26-летнего Евгения Ферсмана родилась дочь, ко времени появления на свет которой подпоручик принял уже участие в русско-турецкой войне 1877-1878 годов и был награжден орденом Святой Анны 4-й степени с надписью «За храб­рость». Продолжая по окончании войны службу в лейб-гвардии Преображенском полку, он весной 1882-го получил чин поручика. Вскоре родился и младший сын Саша. Отец же поступил в Николаевскую академию Генерального штаба, которую через два года успешно окончил.

Через годы и походы, многие гарнизоны и высокие посты прошел Е.А. Ферсман и 6 декабря 1907 года был произведен в ­генерал-лейтенанты. Все это время брат и сестра были очень дружны, учились и воспитывались под присмотром мамы, пока она не ушла из жизни в 1908-м. Осенью того же года генерал Ферсман назначается начальником 40-й пехотной дивизии, с оставлением в списках Александровского военного училища и Генерального штаба. И тогда же обрывается размеренная, спокойная и счастливая жизнь семьи: Евгений Александрович мотается по гарнизонам войск дивизии, дислоцированным в Бобруйске, Гомеле, Могилеве и Несвиже. Переезды отнимают много времени, требуют сил и здоровья. Нередко генерал забывает о собственном, заботясь о физическом состоянии окружающих.

Военный человек, Е.А. Ферсман в нашем городе на Березине находит точки приложения своих внимания и энергии. Именно Бобруйск в предвоенные годы являлся центром борьбы с туберкулезом, и в 1911 году здесь открывается отдел Всероссийской лиги для борьбы с опасным заболеванием, а председателем организации избрали, как сообщили газеты, «либерально настроенного генерал-­лейтенанта Ферсмана». Этому благородному делу Евгений Александрович с энтузиазмом отдавал себя.

Несмотря на огромную занятость, Е.А. Ферсман постоянно следит за развитием, учебой, работой, успехами и не­удачами сына и дочери. Сохранилась довольно обширная «бобруйская» переписка молодого ученого Александра Ферсмана с отцом. Но сам генерал давно болел, неумолимо терял зрение. Жить один, самостоятельно вести домашнее хозяйство уже не мог. Заботы об отце взяла на себя Верочка – практически всю себя, свою жизнь она посвятила родным, в первую очередь отцу. При этом Вера совмещала семейные заботы с общественной деятельностью.

Вере Евгеньевне было чуть более тридцати лет, когда ее избрали в нашем городе в состав дамского отделения Тюремного комитета, а затем и его председателем. В этом общественном формировании она работала с такими известными в то время бобруйчанками, как Елизавета Васильевна Тигранова, Мария Павловна Клименко, Ольга Михайловна Меницкая, Евгения Георгиевна Сакун и другие ее современницы.

Незадолго до начала Первой мировой войны Евгений Александрович Ферсман был произведен в генералы от инфантерии с увольнением от службы с мундиром и пенсией. Они с Верой вернулись в родной Санкт-Петербург, поселились на Васильевском острове и тихо жили, по мере сил стараясь приносить пользу членам огромной разветвленной семьи Кесслеров-­Ферсманов. За время долгой, почти сорокалетней, безупречной службы Евгений Александрович Ферсман был удостоен восьми орденов Российской империи высшего достоинства. Он сделал все, что мог, для своей страны. И вырастил замечательных детей, которые сохраняли уважение друг к другу на протяжении всей своей жизни.

…Вера Евгеньевна умерла в Ленинграде перед Великой Отечественной войной, о чем есть упоминание в дневнике академика В.И. Вернадского – учителя и друга Александра Евгеньевича Ферсмана, брата Веры Евгеньевны.

Светлана

Она всегда в форме, хотя китель уже не надевала два десятилетия – с тех пор, как ушла в отставку в соответствии с приказом министра обороны Республики Беларусь, разрешающим, между прочим, «ношение военной формы одежды и знаков различия». Насчет последних зря скромничает и без того красивая женщина – в День Победы, в дни освобождения города и Беларуси от немецко-­фашистских захватчиков Светлану Анатольевну еще больше украсили бы ее подполковничьи погоны и, само собой, знаки отличия – заслуженные награды, среди которых и медаль «За безупречную службу».

Да, двадцать лет пролетели, как когда-­то танковый снаряд на полигоне в Дубовке, а вспоминаются прожитые годы не хуже слов из принятой присяги, хороших оценок в школьном дневнике и первых выведенных самостоятельно букв в тетрадке по чистописанию. И, конечно, выпускной вечер в Холмечской средней школе, возвращение рассветным утром с днепровской кручи домой, во Дворец. Именно так звучит и сегодня название поселка, где появилась на свет Светлана. С аттестатом, в котором среди пятерок затесались лишь три четверки, она могла поступать в любой институт, но в семье сельских тружеников на тот момент тяжело болел отец Анатолий Яковлевич, малолетками были сестра Люда и брат Вася. Не хотела Светлана своим студенчеством взваливать непосильную ношу на плечи одной работавшей мамы Марии Трофимовны, всю жизнь отдавшей колхозу. Вот и покинула любимый Дворец на берегу величественного Днепра – как решила, так и сделала: ушла на свой хлеб, точнее, уехала. И почти в буквальном смысле – на пищевой комбинат в далеком адыгейском Майкопе.

Правда, довольно суровая романтика очень быстро развеялась, как пар над горячими пирожками. Вернулась на малую родину, поработала еще до начала абитуриентского сезона фасовщицей в наровлянской аптеке и подалась в наш город на Березине, где набирал силу гигант нефтехимии. Поступила в профессионально-­техническое училище №95, но не на «шинную» специальность, а на более широкопрофильную – чертежника, имея в школьном аттестате отличную оценку в этой специфической дисциплине сродни искусству.

Однако закончить училище химиков и не быть причастной к производству шин для машин она не смогла. Поработав немного техником в головном специализированном проектно-конструкторском бюро в нашем городе, пришла слесарем сборочного цеха №2 завода массовых шин ПО «Бобруйскшина». К этому времени она уже была студенткой-заочницей юридического факультета Белгосуниверситета. А вскоре молодые нефтехимики избрали Светлану заместителем секретаря комитета комсомола объединения, имевшего права райкома.

Почти на пять лет окунулась Светлана в бурную комсомольскую жизнь с ее собраниями, помощью первичкам, учебой актива, различными вахтами и походами. Как молодой коммунист, она несла еще и собственные нагрузки, являясь членом комитета народного контроля объединения, участником комсомольского оперативного отряда, кандидатом в члены РК ЛКСМБ. Неслучайно и секретарь Первомайского райкома комсомола Валерий Путят, и секретарь парткома «Бобруйскшины» Виктор Клешков отмечали в характеристиках того времени инициативность и хорошие организаторские способности, трудолюбие и исполнительность Светланы.

И тут ее лидерские качества, молодую энергию заметили… военные, будто в перископ разглядевшие все лучшие ка­чества девушки. Оперативно провели с ней разъяснительную работу, сделав упор на важность участия молодежи в деле укреп­ления обороноспособности Родины. Не встретив больших возражений со стороны Светланы, ее так же, не мешкая, призвали на службу в армию. Тогда, перед принятием непривычного решения надеть военную форму, у нее в голове звучали строчки из песни «Комсомольцы-­добровольцы», которую молодежь не стеснялась петь на комсомольских собраниях, демонстрациях и субботниках.

– Да, как тогда говорили, я была призвана на действительную военную службу в добровольном порядке, – вспоминает Светлана Анатольевна. – Службу проходила в должностях помощника и заместителя начальника отделения, а затем руководителя такого подразделения комиссариатов – сначала районного, а потом городского.

Это она так скромно, по военной привычке, говорит. А если ее ответ развернуть, то выяснится, что уже на первом этапе своей карьеры в Ленинском райвоенкомате в должности помощника начальника 3-го отделения старший лейтенант Драгун зарекомендовала себя грамотным, дисциплинированным офицером, тщательно работая с мобилизационными документами, проявляя высокую степень штабной культуры.

С повышением уровня сложности задач на новую ступень поднималась ответственность капитана с обаятельной улыбкой. Службу она проходила при нескольких комиссарах, и все отзывались о ней лестно, отмечая ее высокие деловые и человеческие качества. Полковник Позднев, например, так говорил о С.А. Драгун: «…Знает и правильно применяет в практической работе руководящие документы, регламентирующие порядок бронирования военно­обязанных на предприятиях, в организациях и учреждениях города». Полковник Зуев такую аттестацию Светланы Анатольевны подписал: «Знает и практически решала вопросы подачи мобресурсов в войсковые части. При выполнении поставленных задач проявляет инициативу, настойчивость, решения принимает обдуманно, не считаясь с личным временем».

…Ровно четверть века назад Светлана Анатольевна вступила в должность заместителя военного комиссара в комиссариате, получившем статус объединенного городского. Вот как оценивает деятельность подполковника Драгун ее финальный военный комиссар, а сегодня исполнительный директор городской Ассоциации промышленников и предпринимателей Александр Владимирович Марченко:

– За время прохождения службы зарекомендовала себя исключительно с положительной стороны и приобрела необходимый опыт работы по комплектованию войск. Всегда была внимательна к проблемам людей, старалась помочь в их решении.

Желаю Светлане Анатольевне, как это делал всегда, лейтенантского здоровья, майорской энергии и генеральской мудрости! И блеск в глазах пусть остается в этом юбилейном для нее году таким, каким был всегда!

Александр Казак
Фото из открытых источников интернета