Над пропастью во тьме. Финишная прямая или же очередной виток очковтирательства?

Один рыжий американский персонаж спит и видит, как бы в новогоднем обращении объявить всем в США, что он закончил ­999-й (или сколько их там) мировой конфликт. Второй персонаж, украинский, теряющий каждый день населенные пункты, людей и энергонезависимость страны, не в том положении, чтобы противиться воле «хозяина». Так ли все просто или перед нами очередной акт спектакля?

Давайте разбираться.

Итак, перед недавней встречей с нелегитимным президентом Украины Донни на всякий случай созвонился с Путиным. Во-первых, у него и вес политический в раз десять превышает политический вес Зе, а во-вторых, Владимир Владимирович как минимум не играл детородным органом на пианино на потеху зрителей (Интернет все помнит!).

Логично предположить, что именно с Путиным Трамп окончательно согласовал условия, на которые Россия готова пойти. И похоже, Трампа полностью устроили предложения Путина, так как потом он заявил: «Я увидел очень интересного Путина сегодня. Я ему верю. Он хочет закончить это»;

«Россия будет помогать в восстановлении Украины»;

«Путин не хочет прекращения огня. Если потом придется начинать все заново, он не хочет оказаться в таком положении, и я понимаю эту позицию»;

«Временное прекращение огня на Украине не обсуждается. Проблема прекращения огня – это та проблема, которая будет решена»;

«РФ хочет успеха Украине. Россия готова поставлять энергию Украине по данным низким ценам»;

«Возобновление торговых отношений США с Россией открывает большие возможности».

Здесь следовало бы разобрать каждый из предположенных пунктов, исходя из заявлений Трампа и с точки зрения потенциальных выгод для Кремля. Но и не стоит забывать, кто такой Дональд Трамп. Он прежде всего бизнесмен и балабол, и синергия двух этих состояний у Дональда запредельная. «Да, мы хотим этого, это будет что-то великое. Надеюсь, до этого не дойдет! Мы сделаем это уже завтра! Но я этого не хочу! Нет. Да! Возможно! Нет!» – именно так выглядят 90% заявлений Дональда, будто каждое утро тапки у постели надевает абсолютно новый президент США и не согласовывает свои заявления с предыдущими версиями. Да и не помнит их.

Итак, размороженные золотовалютные резервы и инвестиции в Украину. Россия никогда в обозримом будущем эти активы не вернула бы, потому что европейские хапуги видят в этих резервах не столько главный, сколько последний рычаг давления на РФ. Пакеты с пакетами санкций не работают, экономика России не схлопнулась, рубль не обвалился. В общем, единственный шанс сделать русским больно – украсть их миллиарды. А если РФ пустит эти миллиарды в инвестиции страны, которая больше всех в мире сегодня в них нуждается, то и воровать, собственно, нечего. Какая печаль!

Предполагается, что часть замороженных российских активов (около трехсот миллиардов евро!) будет разморожена и направлена под международным контролем (возможно, через механизм типа фонда восстановления Украины) на восстановление украинской инфраструктуры. Положим, это не самое плохое предложение, тем более что львиную долю этих денег РФ предсказуемо направит на восстановление Донбасса, а не условного Киева, на который в Кремле давно плевать.

Плюсы для Кремля огромные. Например, возврат суверенных активов – ключевой, фундаментальный плюс. Россия вернула бы контроль над значительной частью своих финансовых ресурсов, что укрепило бы рубль, макроэкономическую стабильность и суверенитет. До кучи и снятие правового прецедента, ведь Запад де-факто признал бы, что конфискация суверенных активов – чрезмерная мера, и вернул бы их, что ослабило бы один из самых мощных инструментов финансового давления в будущем.

Вкладывая эти средства в Украину, Россия из статуса «агрессора, платящего репарации», могла бы перейти в статус «кредитора/инвестора в восстановление». Это давало бы ей рычаги влияния на послевоенное устройство Украины, участие в тендерах, распределение средств. Полный контроль, если кратко. Плюс финансирование восстановления шло бы не из текущего российского бюджета, а из ранее замороженных средств, которые русские уже, будем откровенны, увидеть и не чаяли.

Далее идут отказ от «временного перемирия» и стремление к окончательному урегулированию, из чего предполагается, что Россия отказывается от любых «заморозок» конфликта. Цель – не пауза, а окончательное политическое соглашение, которое зафиксирует новые реальности и гарантии безопасности. Главная выгода тут – фиксация результатов на поле боя. Любое окончательное соглашение легитимизировало бы контроль России над новыми территориями (Крым, Донбасс, части Херсонской и Запорожской областей) на международном уровне, пусть и с оговорками. К тому же «заморозка» – это не окончание боевых действий, не стабильный и прочный мир. Мы уже знаем по Стамбульским и Минским соглашениям, что верить в подписи, обещания и прочую пыль в глаза никому ни на Украине, ни в Европе нельзя. Заморозка – это всего лишь время на перевооружение, интеграцию в НАТО и подготовка к новому витку войны. Окончательное соглашение, особенно если оно включает пункты о нейтральном статусе и ограничениях на вооружения, лишает Киев этой возможности. В идеале.

Кроме того, бессрочный конфликт ­означает вечные санкции и статус изгоя. Окончательное урегулирование открывает путь к нормализации отношений, пусть и постепенной.

Объявление о завершении специальной военной операции и достижении ее целей позволило бы Кремлю представить это как историческую победу, консолидировать общество и перейти к постконфликтной повестке. Россия получает четкие, признанные границы и зоны влияния, что позволяет строить долгосрочную экономическую и оборонную политику. Без баз НАТО за забором, прошу заметить. Без сумасшедшего соседа, что еще важнее.

Бонусом в обмен на вывод части ­войск, соглашение по Украине и, возможно, сотрудничество в других областях США и ЕС начинают поэтапное снятие ключевых секторальных и финансовых санкций. Без этого никуда. Русские никого и никогда не выведут, если не будут уверены, что экономический блэкаут не подойдет к концу и что не придется снова возвращаться. Да и не за чем им: все складывается максимально в пользу России. Территориально уж точно.

На словах все красиво. Вот только… План мира или капитуляция? Все «мирные планы» для Украины, тиражируемые Западом, сводятся к одному: капитуляции России. И Кремль это прекрасно видит. В каждом проекте смертельные для российской безопасности изъяны, а реальные итоги спец­операции попросту игнорируются.

Где демилитаризация? Это был главный, оглушительный итог весны 2022-го. Украина как военный плацдарм НАТО должна была разоружиться. Но в любой западной «инициативе» Киеву оставляют армию, обещают перевооружение и лишь паузу для передышки. «Заморозка» – это приговор русским победам. Дать противнику время собраться с силами – не стратегия, а самоубийство. Путин об этом сказал прямо: «Не хотим останавливаться, чтобы потом начинать снова».

Где признание? Даже Крым, уже десять лет как русский, они не признают. О какой «юридической фиксации» новых границ может идти речь? Москве предлагают не мирный договор, а похабное перемирие без гарантий, где Запад сохраняет право в любой момент объявить нас оккупантами и ударить снова.

Надеяться, что Вашингтон и Брюссель честно снимут санкции, наивно до безрассудства. Они будут десятилетиями висеть дамокловым мечом, а любая провокация станет поводом для нового витка удушения. Это игра на опережение, а не на доверие.

Или же это финишная прямая к миру? Риторика Трампа – это не план. Он выставляет на торги идею сделки века, где разменной монетой станут чужие территории и жизни. Он мечтает стать миротворцем, но лишь в том случае, если мир будет выглядеть как безоговорочная капитуляция одной из сторон на его, Трампа, условиях. Кремль, безусловно, слышит эти сигналы. И может даже использовать их, чтобы раскачать и без того шаткий консенсус Запада. Но ключевое слово здесь «использовать», а не «доверять».

Да, гипотетический возврат активов, фиксация границ и снятие санкций выглядят соблазнительно. Но это соблазн троянского дара, внутри которого все те же старые грабли: недоделанная демилитаризация, непризнанные границы и санкции-призраки, которые завтра могут материализоваться вновь.

Наивно полагать, что у руля России сидят люди, готовые купиться на это. История последних лет – это жесткий учебник по тотальному недоверию. Минск, Стамбул, «Зерновая сделка» – каждая строчка в соглашении написана предательством данных обещаний. Европейская «честность» давно превратилась в оксюморон, а американская «договороспособность» измеряется исключительно текущим электоральным рейтингом.

Вывод прост и беспощаден. Любой реальный план, на который может пойти Москва, будет строиться не на доверии к бумажкам из Вашингтона, а на физических, необратимых и контролируемых нами фактах:

• армия Украины должна быть не «реформирована», а демонтирована как угроза;

• новые территории – это не предмет торга, а юридически закрепленная реальность;

• санкции снимаются не «поэтапно», а одномоментно и безвозвратно как плата за выход из конфликта.

Все остальное – не мир, а передышка для врага.

Михась БОБРОВ