Иерей Алексий Замбрижицкий: путь от командира батальона до настоятеля деревенского храма

Когда человек проживает семь десятилетий, за его плечами остается не просто время, а судьба. Сложная, извилистая, но при этом удивительно цельная – как хорошо написанная книга, в которой каждая глава ведет к главному. 31 августа иерею Алексию Замбрижицкому исполнилось 70 лет. Семь десятилетий, из которых 18 – у престола. Это возраст, когда уже не нужно ничего доказывать, а можно просто быть и светить.
О нем говорят по-разному, но сходятся в одном: это человек внутреннего стержня, к которому идут с болью и надеждой. И все же лучше всего об отце Алексии рассказывают те, кто знает его долгие годы, и он сам.
– Я коренной бобруйчанин, – говорит отец Алексий. – После школы поступил в военное училище, служил в войсках правительственной связи, был командиром батальона. Армия – это дисциплина, порядок, ответственность за людей. Эти качества остались со мной на всю жизнь. Но воцерковляться я начал только после окончания службы. В 2001 году поступил в Жировицкую духовную семинарию, в 2006-м окончил ее. В диакона меня рукоположили в Елисаветинском храме – тогда он еще принадлежал Николо-Софийскому приходу. Предложил меня отец Алексей Коноплев. А на следующий день в Быхове меня рукоположили в священника. Сначала служил год в Николо-Софийском храме, потом – в монастыре Жен-Мироносиц. А с 2010 года я настоятель храма в Мышковичах, также служил в Павловичах. Дружил с иеромонахом Андреем (в миру Андреем Василюком). Мы вместе начинали, он сейчас в Минске, при академии. А с отцом Виктором Толохом мы вместе служили в Николо-Софийском храме на Шмидта. Я был там третьим священником. Отец Виктор мне по духу близок.– А Ваша матушка Неонилла? Говорят, она удивительный человек.

– По паспорту она Нелли, а по православному – Неонилла. Мы вместе уже много лет. Много приятных слов могу сказать о ней, но их лучше говорить не в интервью, а в жизни. Скажу только: без нее я бы не справился.
Наталья Тимошенко знает отца Алексия больше тридцати лет. Она помнит его ещё прихожанином Георгиевского храма, где матушка Неонилла была регентом. Позже узнала, что он военный. А когда его рукоположили, восприняла это как событие: ведь «возлагает руку человек, а всё делает Бог», – говорит она словами Иоанна Златоуста. Когда отца Алексия назначили в храм в Мышковичи, там были одни стены. Но своими трудами, молитвой вместе с матушкой он создал приход. Наталья Геннадьевна говорит, что сейчас это место, где душа откликается на каждый звук. В молитве с отцом Алексием особая глубина: он молится от всего сердца, и это передается каждому. У них удивительные просфоры – намоленные, особенные. Матушка помнит дни рождения, всегда приготовит что-то с любовью. Все участвуют в службе, все молятся, и это здорово.

Была у отца Алексия идея создать дружину Александра Невского. Заказали ребятам береты и форму. Вступление нужно было заслужить делами. Но отца Алексия перевели в другое место. Однако Наталья Геннадьевна говорит, что он навсегда остался для нее человеком, умеющим дать мудрый, верный совет.Людмила Наумчик, педагог Елисаветинского храма, познакомилась с отцом Алексием на празднике воскресной школы, а потом встретилась с ним в монастыре на территории Бобруйской крепости. Тогда только начинали расчищать фундаменты разрушенного собора Александра Невского. Матушка Раиса начинала всё с нуля – очищала землю от камней и шлака, здания – от мусора. Первые саженцы, огородик – всё вручную, с ломом, под слоем земли были и камни, и куски асфальта.

Людмила Трофимовна с ребятами из воскресной школы ходила в монастырь почти всё лето: мыли, чистили, убирали. И работали с удовольствием, потому что видели преданность делу отца Алексия. К тому времени нашли и откопали старые фундаменты собора. Над бывшим футбольным полем воздвигли поклонный крест. И это место стало для всех особенно трепетным.Отец Алексий – военный в отставке, и это чувствовалось в выправке, в умении организовать людей. Дети и взрослые хотели равняться на него. Они назвали себя дружиной Александра Невского, сшили форму и устроили на фундаментах концертную программу о князе.

Когда Людмила Трофимовна смотрела, как он молится на фундаментах, ей казалось, что рядом с ним шагает сам Александр Невский – светлый, в доспехах, с крестом.А потом случилось чудо. Людмила Трофимовна по профессии инженер-гидротехник и всегда мечтала увидеть нуль Кронштадтского футштока, точку отсчета абсолютных высот в стране, и музей-квартиру Иоанна Кронштадтского. В Петербурге она не была никогда. На исповеди спросила: «Увижу ли я Петербург?» Отец Алексий ответил: «Думаю, так и будет». А через несколько дней приехал с письмом из лавры и сказал: «Через два дня едем». Они служили в Александро-Невской лавре, потом были в Кронштадте. А в квартире Иоанна Кронштадтского их встретила женщина, которая попросила совершить молебен за мужа и прочитать записки. Их было немыслимо много – люди из разных концов мира писали. Батюшка отслужил молебен, и всем показалось, что всё произошло в одно мгновение.

– Эту радость нельзя передать словами, — говорит Людмила Трофимовна. – Слезы у всех в глазах. Даже вздохнуть я боялась…

А потом она увидела на камине засохшие розы – белые и красные. Это были цветы, оставшиеся после недавнего визита Патриарха Алексия II. Смотрительница отдала их ей. Она привезла их в Бобруйск и раздала по лепестку каждому из своих учеников в конвертиках с ангелочками.

Протоиерей Виктор Толох, настоятель Елисаветинского храма, говорит об отце Алексии кратко:

– Мы вместе служим с 2008 года. Отец Алексий – мой товарищ. Он бывший военный, это чувствуется в нем всегда. Люди к нему идут, потому что знают: он не подведет. Семьдесят лет – возраст мудрости. Пусть Господь дает ему сил! Его матушка Неонилла – очень необычный человек, трудолюбивая, искусная, мало таких современных женщин. Она – опора, надежный тыл. Без нее батюшка – не батюшка, они – одно целое.

Сейчас отец Алексий служит в Мышковичах. Матушка Неонилла – регент. Когда они только приехали, приходилось петь одной или с двумя друзьями. Теперь там замечательный хор.

Людмила Трофимовна признается:

– Когда мне тяжело, я бросаю всё и еду к ним. В Мышковичах особая атмосфера. Там можно и поплакать, и поговорить по душам. И всегда найдешь поддержку.

Во внимание к усердным трудам во славу Белорусской православной церкви и в связи с 70-летием со дня рождения священник храма Святой Живоначальной Троицы агрогородка Мышковичи иерей Алексий Замбрижицкий был награжден медалью святой преподобной Евфросинии Полоцкой.

Александра Ломова. Фото автора и из архива отца Алексия.