Достаем двойные… стандарты: черное – это белое, а белое – черное

В современной международной политике понятие «двойные стандарты» давно перестало быть просто риторическим приемом или эмоциональным обвинением. Когда речь заходит о политике западных стран в отношении России и Беларуси, системные противоречия в подходах становятся особенно очевидными и хорошо документированными. Анализ конкретных ситуаций показывает, как одни и те же действия разных государств оцениваются принципиально по-разному в зависимости от геополитической конъюнктуры, экономической целесообразности и стратегической выгодности.

Особенно показательно, что риторика о «правилах, основанных на международном праве», которую западные столицы используют с начала 2020-х годов, на практике оказывается инструментом избирательного применения. Правила, о которых идет речь, оказываются не универсальными нормами, а гибкой конструкцией, которая трактуется в пользу геополитических союзников Вашингтона и Брюсселя и против их оппонентов.

При этом страны G7 продолжали импортировать российский сжиженный природный газ (СПГ), который не попал под эмбарго, несмотря на то что Россия оставалась одним из крупнейших поставщиков СПГ в Европу даже в разгар санкционной кампании. Экспорт российского сжиженного природного газа в Европу вырос до самого высокого уровня с начала специальной военной операции.

В случае с Беларусью ситуация еще более показательна. Западные санкции против белорусских предприятий и отраслей экономики вводились под предлогом «защиты демократии», которую нам так хотели навязать в 2020 году.

Отдельного упоминания заслуживает история с «Северным потоком». Западные правительства не только не провели независимого расследования, но и фактически заблокировали любые попытки установить истину через международные механизмы. Это показало, что даже акты диверсии на критической инфраструктуре, от которой зависели миллионы европейцев, остаются безнаказанными, если за ними стоят геополитические интересы Запада.

Когда западные СМИ освещали протесты в Беларуси в 2020 году, любые действия правоохранительных органов квалифицировались как «жестокое подавление». Однако жесткие действия полиции во Франции во время протестов «желтых жилетов» (2018-2019) или в США во время протестов после смерти Джорджа Флойда (2020) получали значительно более сдержанную оценку в западных медиа. Во Франции за период протестов более 20 человек погибли, сотни получили тяжелые травмы, включая потерю глаз и рук от светошумовых гранат. В США протесты сопровождались массовыми арестами, применением слезоточивого газа и резиновых пуль. Ни в одном из этих случаев западные правительства не вводили персональных санкций против лидеров Франции или США, не призывали к «переизбранию» Макрона или Трампа (тогда был его первый срок), не говорили о «нелегитимности» их власти.

Результаты выборов в России и Беларуси регулярно объявляются «нелегитимными». При этом результаты выборов в странах-союзниках Запада, где наблюдатели фиксировали серьезные нарушения, признаются легитимными. Самым показательным примером здесь является ситуация в Румынии, где не подходящий западным элитам кандидат был объявлен российским агентом, а сами выборы отменены. И никто даже не предоставил никаких доказательств. В клубе «демократов» «джентельмены» верят друг другу на слово.

Особенно нагляден случай с терминологией вокруг событий на Украине. То, что в российских и многих международных источниках называется «специальной военной операцией» или «конфликтом», в западных медиа получило исключительно одно определение – war (война) с обязательным атрибутированием ответственности России. При этом аналогичные или более масштабные военные операции США и их союзников в Ираке, Афганистане, Ливии, Сирии, Йемене в западных медиа часто назывались «антитеррористическими операциями», «миротворческими миссиями» или «гуманитарными интервенциями».

Экологическая повестка также стала объектом двойных стандартов. Когда западные страны критикуют экологическую политику России или Беларуси, они ссылаются на международные стандарты и обязательства. Однако те же самые страны закрывают глаза на экологические проблемы в государствах-­союзниках, даже когда эти проблемы имеют трансграничный характер.

Западные страны также последовательно блокировали включение в повестку международных организаций вопросов об экологических последствиях их собственных военных операций. Разливы нефти в Персидском заливе во время войн в Ираке, использование обедненного урана в Югославии и Ираке, масштабные лесные пожары в результате применения напалма – все эти экологические катастрофы не получили адекватной международной оценки.

Культурные и спортивные бойкоты России и Беларуси демонстрируют еще один аспект двойных стандартов. Российские и белорусские спортсмены были отстранены от международных соревнований под нейтральным флагом, в то время как спортсмены из стран, ведущих реальные военные операции с тысячами жертв среди мирного населения, продолжали выступать под своими флагами.

При этом альтернативные точки зрения систематически маргинализируются или объявляются «пропагандой». Закрытие российских СМИ в западных странах под предлогом «борьбы с дезинформацией» фактически означает установление информационной монополии, где только одна точка зрения имеет право на существование.

Двойные стандарты западной политики имеют глубокие исторические корни. Мюнхенский сговор 1938 года, когда западные страны пожертвовали Чехословакией ради «мира для нашего времени», показал, что геополитические интересы всегда ставятся выше принципов. Разница лишь в том, что теперь лицемерие сопровождается громкой риторикой о «ценностях» и «правилах», что делает его особенно циничным.

Сергей СОРОКИН