Час ремня: почему Москва устала быть «мудрым отцом» для европейских политиков

Глядя на то, что последние месяцы творится в головах европейских лидеров, начинаешь подозревать коллективное помешательство. Складывается стойкое ощущение, что большинство политиков Старого света живут в матрице, где дважды два – пять, а Россия – абстрактный медведь на картинке, которого можно дразнить сколько угодно, потому что он на цепи. Они же в упор не видят реальности! Той самой железобетонной реальности, где существуют красные линии, стратегические триады и границы, за которыми заканчиваются дипломатические демарши и начинается тяжелая артиллерия.

Вот и на этот раз прибалтийский карлик, надувая щеки до размеров континентальной державы, объявляет о планах «перенести войну» на российскую территорию. Это я сейчас о министре иностранных дел Эстонии Маргусе Цахкне, чья страна по площади и населению меньше Ленинградской области, который несет абсолютно нереалистичную чушь с такой уверенностью, будто за его спиной стоит не пара несчастных бригад НАТО, а сотни тысяч обученных солдат. «Мы готовы к вероятному вторжению России, – заявляет он. – Если Россия вторгнется на нашу территорию, начав сопротивление, мы перенесем войну на территорию России».

Слушая этот бред сивой кобылы в ядерный век, задаешься вопросом: а где, собственно, учили историю эти люди? Неужели в Таллине думают, что геополитика – это школьная драка, где можно дать соседу по парте учебником по голове и убежать к мамочке? Почему они все так истово верят, что натовский «зонтик» – это абсолютная спасительная индульгенция?

Следом подтягивается Польша. Президент Навроцкий, соревнуясь в идиотизме с эстонцами, требует для Варшавы ядерный чемоданчик. «Польша должна иметь свое ядерное оружие», – заявляет он, абсолютно не отдавая себе отчета в том, что он, собственно, требует. Россия, по его мнению, может отреагировать «агрессивно». А как, простите, еще должна реагировать ядерная держава на планы появления новых боеголовок у своих границ?

Кто-то всерьез думает, что Варшава, получив заветную кнопку, станет рассудительным членом «ядерного клуба»? Что польские генералы вдруг станут чуточку умнее? Да они первую же боеголовку попросятся испытать над Калининградом, просто чтобы «проверить, работает ли». У этих людей историческая память работает крайне избирательно: они помнят, как их делили, но напрочь забыли, как сами в двадцатом веке рвали соседей на части, когда чувствовали безнаказанность.

Европейские элиты находятся в коллективном безумии. Собственно, именно после заявления Зеленского о желании получить «ядерку» и началась Специальная военная операция. Вообще, в Европе все чаще стали говорить о необходимости создания собственных стратегических арсеналов. Не задумываясь при этом, что может произойти, если ядерное оружие появится у всех желающих. Они сами открыто и в одностороннем порядке толкают планету к третьей мировой войне. Теперь вот Прибалтика и Польша, глядя на это, начинают раскачивать лодку с удвоенной силой. Привыкли, что Кремль реагирует на их выходки с отеческой укоризной, разводя руками и рассуждая о недопустимости эскалации.

Но терпение даже самого мудрого отца когда-нибудь лопается. И тогда­ в ход идет не риторика, а ремень. Настал момент, когда на детские истерики европейских политиков Россия обязана ответить по-взрослому.

Именно наличие ядерного оружия у России было и остается той «красной линией», которую Европа пока боится переступить. Отсутствовало бы оно – отсутствовала бы и Россия сегодня как ведущая мировая держава. Так считает и зампред Совбеза РФ, председатель партии «Единая Россия» Дмитрий Медведев, который не сомневается в том, что лишь страх Запада перед возможными последствиями отделяет РФ от того, чтобы ее разорвали в клочья. «Не нужно лукавить, нужно открыто признать, что, если бы у Советского Союза и в настоящий момент у России не было ядерного оружия, вполне вероятно, и страны бы нашей уже не было», – считает он.

Эскалация. Все, что делают или говорят на Западе или на Украине, прямо или косвенно сводится к эскалации. Никто не хочет мира. Никто, кроме, пожалуй, России. Потому что, если наступит мир, отвечать по заслугам придется многим. За миллиарды смытых в унитаз евро, за разрушенные экономики, за взлетевшие в небеса цены на газ, электричество. За сотни тысяч оборванных жизней. В случае наступления мира люди непременно зададут вопрос: во имя чего все это было? А когда не получат ответ…

Украина готова к встречам, но на данный момент у нас до сих пор нет твердых ответов от России относительно того, что было предложено на следующую неделю. Пока мы не слышим ничего, кроме манипуляций вокруг «Орешника». Речь, конечно, не о мире», – пыжится в прямом эфире «мудрейший» Зеленский, в то время как его свора одичалых собак покушается на генерала российской армии, который входит в переговорную группу. Кичится этим и смеет что-то диктовать русскому народу! Погубивший сотни тысяч солдат и постоянно отправляющий на убой граждан своей пустеющей страны человек рассуждает о мире, предлагая для его достижения бесконечную эскалацию. Это какой-то циничный оксюморон.

И пока вот такие Навроцкие, Цахкны, Каллас и прочие «миролюбы» подпитывают эскалацию идиотическими заявлениями, кукуха Зеленского в порядок не придет, он и дальше будет свято верить в мифическую победу Украины. В Киеве окончательно определились с вектором дальнейшего будущего страны, ведь в недавнем интервью Зеленского для The Atlantic прозвучала ключевая фраза, которая ставит крест на надеждах о скором мире:

«Украина не проиграет. Я предпочел бы вообще не заключать никакого соглашения, чем заставить свой народ принять плохое».

Давайте переведем это с политического на человеческий:

«Плохое соглашение» – это любой компромисс и остановка кровопролития прямо сейчас. «Никакого соглашения» – это продолжение бесконечной мобилизации, зверства ТЦК на улицах и ежедневные сводки о потерях самого ценного ресурса страны – людских жизней.

Интересная получается математика: Зеленский говорит, что «не может заставить народ принять плохой мир», но при этом тот же народ вполне успешно «заставляют» штурмовать посадки под КАБами. Спросили ли тех, кто сейчас сидит в грязи под Курахово, что для них «плохо»? Или «плохо» – это когда у тебя в Киеве падает рейтинг, а не когда у тебя в стране заканчиваются мужчины?

Зеленский открыто признает: он готов играть вдолгую, даже если ценой будет полное демографическое истощение. Принципиальность за чужой счет – это всегда удобно. Похоже, лозунг «до последнего украинца» перестал быть фигурой речи и стал официальной программой действий. В его одурманенном мозгу это выглядит как «лидерская позиция», в моих глазах – приговор собственной стране, мучительная агонизирующая смерть.

Может, стоило бы спросить мнение у своих сограждан? Может, стоило бы провести, наконец, полноценные выборы? Нет, конечно. По словам Зеленского, 90 процентов жителей страны против проведения выборов на Украине, о чем он потужно сообщил в интервью Politico. «Если кому-то интересно, что думают украинцы, то 90 процентов против», – считает Зеленский, хотя я уверен, что даже в пределах Рады таких сумасшедших цифр не существует, не то что в пределах страны. Это что же получается: 90% украинцев проголосовали против голосования?! Такое только на Украине могло произойти. Какой смысл быть против проведения выборов? Это даже звучит по-идиотски. Против выборов может быть только тот, кто боится потерять власть, а людям-то какой смысл бояться? Если им так нравится Зеленский, придут и подтвердят: час времени потеряют в выходной, ничего страшного. Но в том-то и дело, что не нравится. И Зеленский это прекрасно знает.

«Талантливый» музыкант не равно талантливый президент

Выход один: спуститься с небес на землю. Прекратить кормить Украину оружием и обещаниями. Перестать угрожать России тем, чего у них нет. Начать, наконец, считать жизни, а не рейтинги. Но, глядя на то, как уверенно европейские лидеры ведут свой континент в пропасть, понимаешь: они до последнего будут жать на газ. Вопрос только в том, успеют ли они затормозить до того, как камнепад накроет всех.

Михась Бобров