Актер Павел Микулик: «Мне есть что сказать зрителю»

Павел Микулик – ведущий актер Могилевского областного театра драмы и комедии им. В.И Дунина-Марцинкевича.  Он занят в большом количестве вечерних и детских спектаклей, среди которых «Наследники Рабурдена», «Василий Теркин», «В списках не значился», «Нюрнберг. Скамья подсудимых»… На счету мастера сцены более 120 ролей, сыг­ранных им в бобруйском театре за 30 лет. Мы поговорили с Павлом Валентиновичем о выборе профессии, любимых ролях, увлечениях и месте театра в современном мире.– Павел Валентинович, скажите, когда впервые у вас проявился интерес к профессии актера?

– В школьные годы. Вообще я хотел стать либо актером, либо священником, либо рыбоводом. В итоге вышло так, что я стал актером театра, но при этом пою в церковном хоре и занимаюсь рыбалкой (улыбается – прим. автора).

– А как вы пришли к православной вере?

– Интерес к этому я опять-таки проявлял с юных лет. У меня был такой период, когда я находился в духовном поиске. Мне захотелось изучить другие религии и течения, но потом снова вернулся в православие. Я понял, что для меня истина здесь. Это дает мне силы, помощь и поддержку в духовном плане. Жизнь православного человека состоит из чудес. Вообще любого человека. Но некоторые этого не замечают, говорят, что совпадение. Но как сказал один святой, «когда я перестаю молиться, «совпадения» прекращаются».

– Есть ли у вас любимая роль в театре?

– Мне нравятся характерные роли. Одна из любимых – старый судья в «Залетах» по Дунину-Марцинкевичу.

Люблю также роль короля в «Золушке». Но вообще скажу так: всегда надо ценить свою роль. У меня нет такого, что вот эта нравится, а эта – нет. Чтобы сыграть персонажа, нужно прежде всего его понять и оправдать, какой бы он ни был. Тогда ты сыграешь его правильно.

– Как вы настраиваетесь на игру?

– Если спектакль вечером, я уже с утра берегу себя и не стану делать то, что мог бы, не будь у меня спектакля. Есть актеры, которые за 2 часа настраиваются, а я постепенно, в течение дня. – А разгружаться психологически что помогает?

– Театральная жизнь требует много энергетических затрат. Разрядку мне дарит природа. После зимы, ко­гда есть силы, люблю поработать в огороде – это снимает напряжение, успокаивает, вся плохая энергия уходит в землю. Помогает смена рода деятельности: как говорил, я и в церкви пою, и рыбалкой люблю заниматься.

– Сложно ли заучивать роли?

– По-разному. Бывает, что текст легко ложится, а бывает, что приходится вбивать его в себя. Тогда это работа, которая тоже требует затрат. А над самой ролью работаешь везде – дома, в дороге. При любой свободной минуте прокручиваешь ее в голове. Если актер работает только в театре, это не актер.

– Ходят ли родные на ваши спектакли?

– Да, ходят. Моя супруга Екатерина Николаевна – мой главный критик. Она может оценить спектакль и разобрать его не хуже любого театрального критика.

– Одна из ваших последних ролей – Василий Теркин. Насколько близок вам этот герой? – Так же, как и главный герой, я стараюсь по жизни быть оптимистом. Не всегда это получается, но я стараюсь.

–  Есть ли такой персонаж, которого вам хотелось бы сыграть?

– Такого у меня нет. Хочется, чтобы работа просто доставляла удовольствие, играть в хорошем спектакле по замечательной пьесе, с такими же режиссером и художником.

– У вас также есть опыт работы режиссером. Расскажите, что удалось поставить за время работы в театре и что для вас главное в этой работе?

– Это спектакли «Романтики», «Вечер» и несколько концертов. Станиславский сказал: «Если тебе нечего сказать со сцены, то и не выходи на нее». Мне есть что сказать и чем поделиться со зрителем. Поэтому я и выхожу на сцену, и спектакли ставлю. На мой взгляд, не те спектакли плохие, которые плохо поставлены, а те, после которых жить не хочется. Спектакль может быть тяжелым, но в конце обязательно должен быть катарсис. Все они должны быть жизнеутверждающими. Порой режиссер еще больше может сказать, чем актер. Мне не стыдно за свои спектакли. Важно схватить внимание зрителей и удерживать его на протяжении всего действа. Если удалось хотя бы на 50 процентов воплотить то, что задумал, это хорошо.

– В чем минусы актерской профессии?

– Мы, актеры, оголяем свои нервы. Мне это мешает в жизни. Я не считаю, что это хорошо, но это моя профессия. С другой стороны, у нас сильно развита эмпатия, и мне небезразлично все, что происходит в мире.

– В чем, на ваш взгляд, назначение театра в современном мире?

– Учить зрителя сопереживанию. Когда все в телефонах, люди не чувствуют друг друга. Театр – это живое общение. Здесь человек чувствует энергетику актера, а тот чувствует энергетику зрителя. Идет обмен энергиями. Если мы постоянно в телефонах, то не воспринимаем мир так, как могли бы. Поэтому театр – вид искусства, который важен в наше время.

– Спасибо за интервью. Творческих успехов и вдохновения!

Людмила Любимцева. Фото Александра Анташкевича и из архива театра.