0
0

Бобруйский новостной портал Bobrlife

Бобруйск — Новости —Новости Бобруйска — Погода — Курсы валют — Общественно-политическая газета — Навіны Бабруйска — Бобруйский портал —бобр лайф — Зефир FM

Тот поющий и веселый строгий зам. Он нестрого разграничивал время для дела и потехи

bobrlife.by 4 375 0

Тот поющий и веселый строгий зам. Он нестрого разграничивал время для дела и потехи

Сергей Васильевич Кобля ко времени моего появления в «Камунісце» был уже заместителем редактора, освещавшим на страницах газеты хронику и проблематику партийной жизни. Пригласил его по-землячески на работу в редакцию Николай Павлович Волоткович. Будущий заместитель родился и жил в Славковичах на Глусчине, после школы заведовал клубом в деревне Зорька, где в одном лице был и руководителем, и гармонистом, и массовиком-затейником. А еще сочинял стихи о тружениках села, которые посылал и в Бобруйскую объединенную газету.

«Без партии далеко не уедешь…»

Придя на штатную работу в редакции, как и многие начинавшие здесь, он писал о надоях и привесах, центнерах полученной урожайности и гектарах поднятой зяби – о том, что видел и знал с детства. Сотрудников с сельской родословной в газете всегда было больше. Однако после вступления в ряды КПСС у Сергея Васильевича, которому было уже за сорок, открылись другие перспективы. Его избрали секретарем парторганизации редакции и он стал заместителем редактора, курировавшим по должности соответственную тематику на страницах. А может, все произошло и наоборот – уже зама и шефа отдела партийной жизни избрали своим вожаком журналисты-партийцы. Точно я этого не помню, так как был беспартийным.

Знаю одно, что когда коммунисты «Камуніста» оставались после работы на свои закрытые партийные собрания, то уединялись в редакторском кабинете. Открытые же собрания, на которых присутствовал, были продолжением, как правило, редакционных летучек, проходивших там же. На них партийный секретарь приобретал строгий вид, серьезным тоном ставил задачи, призывал «усилить и углубить» работу и достойно встретить то или иное событие в жизни тогда великой страны. После одного из таких собраний Сергей Васильевич по-дружески предложил и мне подумать о том, чтобы связать мою судьбу с партией. Привыкший уважительно относиться к старшим вообще и к их советам в частности, я и вступил в КПСС в редакции. А потом, через пару лет, как и предвидел, наверно, Кобля, стал его заместителем на посту редактора новой, уже районной, газеты «Трыбуна працы».

Он и спеть, и сплясать был мастак

Возвращаясь из командировок в колхозы и совхозы Бобруйщины, с некоторым удивлением встречал в коридорах «Камуніста» всегда вышагивавшего замредактора. Казалось, ему одному нечего делать, не надо отписываться в номер или править материалы внештатных авторов. Позднее разгадал секреты творческой работы Сергея Васильевича. Оказывается, он всегда был снабжен, сам запасался множеством постановлений и справок бюро горкома КПБ, докладов и выступлений на собраниях в первичных парторганизациях, был на связи по телефону практически со всеми партработниками города и района. Многие приходили сами в кабинет замреда, чтобы дать интервью, поделиться впечатлениями о тех или иных событиях. Поэтому рубрики о партийной жизни Бобруйска и района никогда не пустовали.

Многие приходили сами в кабинет замреда, чтобы дать интервью, поделиться впечатлениями о тех или иных событиях. Поэтому рубрики о партийной жизни Бобруйска и района никогда не пустовали.

Наша редакция в 1970-1980-годы поддерживала побратимские связи с коллективами газет в болгарском Севлиево и польском Влоцлавеке.

Однажды, вернувшись из поездки с делегацией Бобруйска в Польшу, Кобля принес в «Камуніст» несколько номеров, по-моему, влоцлавецкой газеты «Куявы». В них на последних страницах публиковались практически неизвестные у нас в то время гороскопы.

Однако и шагами мерил длинный коридор Кобля не ради моциона. Скорее всего, в его тишине рождались новые рифмы и образы будущих стихов поэта, так и не уступившего место в душе администратору и партийному функционеру. Мы, корпевшие над строчками за столами в кабинетах, узнавали об удачных метафорах по неожиданно открывавшейся двери и цитированию только что родившейся строфы. А как весело звучали экспромты, без излишних творческих мук появлявшиеся из уст Сергея Васильевича в застольях на тех же редакционных днях рождения! Частушки на злобу дня сменялись хорошими комсомольскими, лирическими песнями, исполнявшимися его довольно поставленным баритоном. Не хватало только гармони в его руках, не положенной по штату в редакции. Зато радиола, по которой в обычные дни машинистка Фира Иосифовна принимала тексты БелТА и ТАСС, крутила пластинки на полную мощь. Кстати, пожалуй, только заместитель редактора называл ее полным именем – Эсфирь Иосифовна. Конечно, такой галантный кавалер был неотразим в танцах с дамами нашего коллектива.

На оригинальные выдумки тоже был горазд

Наша редакция в 1970-1980-годы поддерживала побратимские связи с коллективами газет в болгарском Севлиево и польском Влоцлавеке. Однажды, вернувшись из поездки с делегацией Бобруйска в Польшу, Кобля принес в «Камуніст» несколько номеров, по-моему, влоцлавецкой газеты «Куявы». В них на последних страницах публиковались практически неизвестные у нас в то время гороскопы. Дав посмотреть издание польских друзей и мне, замред, знавший, что у меня теща полька по национальности, как бы в шутку сказал: «Дай почитать второй маме, пусть узнает, какой у нее зять». Ну, пока ехать в гости, я, и сам практиковавшийся в общении с тещей на польском, не без помощи словаря перевел кое-что из того гороскопа. Поулыбался наивности предсказаний, со смехом рассказал коллегам, что кого ожидает впереди.

Услышал свой прогноз и заместитель редактора. И попросил продиктовать мои переводы машинистке Фире. Что я и сделал. А уже в следующем номере «Камуніста» появился – впервые в городе! – гороскоп для наших читателей. Конечно, ссылок на польский источник не было, все было выдано за продукт неизвестного астролога, любезно предоставившего редакции информацию. Никто ведь не рассчитывал, что чуждая до того советским людям, она вызовет такой резонанс. Телефонные трели наполнили наши кабинеты, и отнюдь не по поводу вопросов о количестве кормовых единиц на условную голову скота в предстоящей зимовке. Люди хотели знать, что их ожидает под звездами, дающими такой определенный расклад на предстоящую неделю. Самое смешное, что привезенные майские номера газеты использовались у нас все лето, потом осень и вплоть до Нового года. Изобретательный Сергей Васильевич тасовал, как карты в колоде, не только месяцы и недели, но дни и знаки зодиака. Многие читатели звонили и уверяли по телефону, что «все так и было», что звезды правильно предсказывают их жизнь...